Прихлебывая чай, Тамара Николаевна наблюдала за тем, как собирается на работу невестка. Наденька, как всегда, поднялась раньше всех, но, как то часто бывало с тех пор, как в ее доме стали жить по правилам Тамары Николаевны, ничего не успевала! И поэтому, вот сейчас пыталась одновременно и сумку собрать (бутербродик домашний и стаканчик кофе с пряностями - обязательны!) и навести порядок после того, что натворили вчера на кухне заглянувшие в гости троюродные племянники свекрови.
И что же, задалась в который раз вопросом Тамара Николаевна, мой сын в ней нашел? Серая утица или даже вернее - мышь серая! Вроде и молодая девушка - всего двадцать два года, а совсем почему-то непохожа на свое поколение. Где макияж, губы дутые? Нет, эта даже брови не выщипывает! Волосы свои длиннющие вечно в тугую косу убирает или в пучок скручивает. Одета, тоже, будто только что из деревни какой таежной глухой явилась - что—то в бабульником стиле, вообще немодное! Например, вот сегодня это было клетчатое платье до пола почти с дурацким, из вручную сплетенного кружева, воротничком, да еще поверх одежды шаль пуховую накидывает почти всегда, когда до библиотеки своей добирается… Про духи или там ноготочки и говорить нечего! Старомодная невестка досталась, да… Правда, был в этом и свой жирный плюс, а именно - огромная экономия семейного бюджету, главным добытчиком которого с самого начала был сын Тамары Николаевны - Борис.
— Все, я закончила, — переведя дыхание, отложила вафельное полотенце с цыплятами Надя и улыбнулась свекрови, — ну, все, я побежала!
— Беги, беги, — снисходительно закивала та, — и не забудь! — кинула вдогонку уже шуршавшей в коридоре невестке. — на рынке рыбки красной купи мне! Организм требует! И для сосудов полезно, опять же, доктор сказал…
На самом деле, кстати, врач, наблюдавший Тамару Николаевну в поликлинике, говорил другое - что ее сосудами от всяких малосольных продуктов рекомендуется отказаться, но она предпочитала ссылаться на авторитетное его мнение при каждом случае. Так, чтоб окружающие относились к ней с большим вниманием!
Наденька ушла. А ее свекровь осталась с удовольствием чаевничать в трехкомнатной квартире в старом, еще шестидесятых годов, доме, расположенном в самом центре города. Окна на две стороны, солнышка в изобилии! С балкона открывался вид на большой парк, а с лоджии можно было полюбоваться на главную площадь. В общем, красота!
И Тамара Николаевна отлично понимала - ей и сыну страсть как повезло с не нищей, да еще с покладистой, тихой, скромной невесткой… Подумать только, усмехнулась мать Бориса, доливая себе чаю, а она то раньше, когда еще не породнилась с семьей Скворцовых, только завидовала им, да считала чудаками ненормальными!
Елена Скворцова - мать Наденьки, приходилась Тамаре Николаевне старинной знакомой, вместе в школе учились, но потом, вот кардинально разошлись их пути-дороги. Леночке повезло - сама из интеллигентной семейки, чуть ли не из аристократии, так и замуж выскочила тоже за умника - отец Надежды преподавал в университете русский язык. Тома же вышла замуж по случаю, а точнее - по залету. И сперва радовалась, что из коммуналки в однушку перебралась на рабочую окраину, но потом взвыла - потому что вторая половинка оказался большим ценителем алкоголя всякой крепости, а свекровь - была сущая Медуза Горгона! Но потом они померли. Он - испив паленого пойла, она - от инсульта. Томочке тошно пришлось, пока сына растила, кровиночку свою ненаглядную, тем более, что никаких бабок-дедок в помощниках не было, никому то они в целом свете были не нужны!
И естественно, с таким трудом выращенного отпрыска, мать не собиралась отдавать какой попало девице! А то, знала Тамара Николаевна, что им всем надо - на шею мужику сесть, да чтоб обеспечивал бесстыдницу и лентяйку!
С подружкой своей старинной Тома виделась изредка, но, хотя и были они полными противоположностями, но как-то общались. А потом, когда ушли неожиданно и трагично супруги Скворцовы - в автокатастрофе сгинув, как было не поддержать их дочку? Совсем ведь одна на свете девчонка осталась, тепличный цветочек, наивная глупышка! А потом… Ну, Тамара Николаевна сразу смекнула, что она по вкусу пришлась ее Бореньке, который по природе своей вообще был не из тех парней, которые легко девиц схватывают… Да и не надо было Тамаре никаких этих меркантильных, своевольных, капризных девиц! Вот Наденька - тут другое дело. Тут все было сразу ясно - пропадает девчонка без опоры, семейного тепла, ей твердая рука нужна, она привыкла как-то… изолированно от современного общества с его дерзкими ценностями существовать. И вот, Тамара сама сына подтолкнула - мол, давай, вперед, не упусти жену то такую, да еще и с приданым!
И была свадьба. А потом, естественно, Тамара перебралась к «своим деткам», а однушку ту битую на семейном совете из двух человек (то есть матери и сына, а невестку к по—настоящему важным решениям Тамара ни за что бы не допустила!) было решено сдать в аренду дальней, очень дальней родне. Потому что своим то людям - надежнее, не обманут!
Да, вздохнула Тамара Николаевна, повезло мне с невесткой! И пошла поставить себе еще чаю. Потому что никуда не спешила. Свое отработала, хватит! Теперь уже вот - год как на пенсии, да и сын, имеющий должность неплохую, пусть содержит…
— Что-то ты неважно выглядишь, — сказала Олеся.
— Просто не выспалась, — ответила Надя, — ты не подашь оставшиеся?
— Конечно, держи! — Олеся подала балансирующей на стремянке коллеге несколько увесистых томиков, — И все-таки… Ты прости, что, может, не в свое дело лезу… Но у тебя в семье как, все хорошо?
— Да, все хорошо! — ответила бодро, как по заученному Наденька.
Но по тому, как нервно ускорились движения ее рук, расставлявших книги по предназначенным им согласно алфавитному порядку, местам, в одном из хранилищ областной библиотеки, те, кто знал девушку хорошо, мог бы догадаться - врет! Вообще, коллеги и они же, по сути - единственные подруги Надежды, не одобряли ее замужества. Хватило рассказов, услышанных обрывков телефонных разговоров и одного визита мужа и свекрови лучшей работницы прямо сюда, то есть в библиотеку. Зачем пришли? Да просто так, сказали! Но проявили себя в тот визит… Ох, до сих пор вспоминалось!
В общем, Борис начал клеиться с одной девчонке, не стесняясь жены, а потом, хихикнув противно, стал спрашивать, а выдают ли у них журналы с картинками про это самое? Его мать же, нарочно не замечая выходок сыночка, принялась разглагольствовать о том, что художественная литература - есть зло, потому что там выдумки написаны. В общем, когда эта парочка ушла, то чисто женский коллектив переглянулся и молчаливо решил - не повезло Наденьке с замужеством, пропадет с ними, затухнет и еще раз пропадет! Но, что могли поделать они все с тем, что решил сам для себя взрослый человек? Ничего! Оставалось лишь сочувствовать… И верить, что однажды у Нади как-то и что-то изменится к лучшему!
Мама всегда учила Надю, что не надо выносить сор из избы. И кроме того, она не жаловалась на то, как ей живется, потому что считала… Что сама очень часто бывает виновата в своих проблемах! Может быть, как говорится, это вообще на роду написано - быть не очень счастливым человеком? Не могут же все на свете быть счастливыми! Это была бы фантастика!
Но, да, Надя порой задумывалась о том, что она… не совсем удачно вышла замуж. Просто тогда, сразу после смерти родителей, она чувствовала себя такой бесконечно одинокой, потерянной в этом огромном и несправедливом, отнявшем у нее родителей, мире! А еще мама всегда говорила Наде, что подруга ее - Тома, она неплохой в целом человек, но с трудной судьбой, а это, соответственно, может объяснять ее некоторые недостатки и колючесть характера. Поэтому Надя долгое время так и сяк оправдывала поведение свекрови. Кроме того, думала девушка, я должна заслужить ее уважение и тогда она, конечно же, полюбит меня, станет мне доверять, когда поймет, что я не похожа на тех, других, которые могли бы испортить жизнь ее сыну!
Именно поэтому, кстати, чтобы про нее дурного не думали, Надя и согласилась на раздельный бюджет. Точнее говоря, он был отчасти раздельным - потому что на коммуналку и всякий там стиральный порошок скидывались поровну. Но в остальном… От расходов на продукты свекровь требовала от невестки ровно одну треть. И какой же однажды был скандал, когда Надя робко попыталась логически обоснованно возразить, сказав, что она как бы не ест в таком количестве конфеты, копчености и не пьет постоянно элитный кофе…
— Куском хлеба попрекает! — орала Тамара Николаевна и хваталась за сердце.
И напрасно Надя пыталась объяснить, что она, раз уж питаются они все трое практически раздельно, просто хотела бы уменьшить свою долю расходов… Ясно, на чью сторону встал Борис! Кроме того, кстати, Надя обязана была оплачивать застолья для всех гостей - как хозяйка дома. Плюс, на День рождения, Восьмое марта и Новый год, Борис зорко следил за тем, чтобы его жена его матери никакой дешевки не дарила, не обижала!
Плюс, еще существовала в семье так называемая общая копилка на крупные покупки, куда, если надо было что-то приобрести, Борис клал половину от стоимости этого чего-то и Надя - тоже половину. Правда, с учетом разницы зарплат выходило так, что для него это были - пустяки, а для нее - львиная доля зачастую!
Но даже с этим всем Наденька умудрялась помаленьку откладывать с зарплаты для себя лично. И вот, в канун осени, настало время покупать новые демисезонные сапожки! Старые износились так, что мастер уже отказался брать на ремонт… А тут еще и премию дали! В общем, в свой выходной день Надя решила - иду за обновкой!
Она решила, что сходит в торговый центр после обеда, а до обеда ей нужно было обязательно сделать одно важное дело, а именно - навестить Виктора Демьяновича Щукина.
Он не был ни родственником, ни другом семьи… Он был просто одиноким стариком, которому однажды, еще в ту пору, когда два года назад были живы родители, Надя помогла донести по гололеду сумки из магазина до дому. И как-то так вышло, что она не то, что взяла шефство над одиноким восьмидесятилетним стариком, но стала ему самым близким человеком.
Это в прошлом Виктор Демьянович был светилом науки, профессором истории и знатоком антиквариата! Сегодня же это был одинокий, нелюдимый чудак, почти на уровне паранойи опасающийся, что весь мир полон злодеев, готовых его обокрасть… Но вот Наде дедушка Витя (он сам попросил так себя называть) верил. И вообще относился к девушке, как к внучке, которой у него никогда не было… Он вообще был реально одиноким - не женился никогда, детей не завел.
Несколько раз в неделю к нему приходил социальный работник, которому поручалась гора дел… А Надя - просто была дорогой гостьей, с которой старик подолгу беседовал о былом, показывал ей бесчисленные предметы своей коллекции из старинных безделушек и рассказывал о них…
Он, кстати, был одним из тех редких людей, кто прямо говорил Наде, что ее брак - дурная затея, которая ничем хорошим не кончится!
— Поедом едят они тебя, — сказал однажды Виктор Демьянович, = но ты, молодая, конечно… Потому и слепа пока что. Но, как прозреешь - беги, иначе конец тебе! Ладно… Сама все поймешь! С опытом то жизненным никто не рождается, его приобретают и от него только крепчают, хоть и больно это порой…
И вот, вернувшись от своего пожилого и главного друга, Надя стала собираться в торговый центр. Она давно уже присмотрела одну модель. Красивейшие замшевые сапожки на каблучке устойчивом, в оттенке вишня со сливками! Она знала, что свекровь называет такой цвет «поросячьим», но… Как же было все равно! Оставалось только взять деньги из копилки и можно было идти…
Копилку же Надя устроила в старой жестяной коробке из-под леденцов монпансье, которую держала в своей комнате на туалетном столике. Но… Копилка была пуста. Ни купюры, ни монетки!
Несколько минут Надежда простояла с ней в руках и в уме ее медленно укладывалось случившееся. А потом… Она, двигаясь, как сомнабула, пошла к мужу.
Потому что еще утром деньги были на месте. А свекрови целый день дома не было - ушла еще раньше нее самой, разбираться с теми самыми родственниками, что в их с сыном квартире поселились - что-то они там натворили. И соответственно, если только домой не забирались воры… То Борис был единственным человеком, который мог взять деньги!
Интересно Ваше мнение, делитесь своими историями, а лучшее поощрение лайк и подписка.