Полгода и громкий скандал понадобились для того, чтобы в омской школе, где учился погибший на СВО Александр Ямщиков, разрешили установить памятную доску в его честь.
Горадминистрация объясняла aif.ru, что нужно множество постановлений разных комиссий. Теперь, видимо, пройдёт ещё несколько месяцев, прежде чем доска появится. И это лишь одна история, в которой хотя бы намечается справедливый финал. В других случаях доказывать свою правоту приходится через полицию, запросы и суды.
Место на родной земле
Житель Пскова кавалер ордена Мужества Андрей Ползохновский последние полгода привыкает к тому, как изменилось к нему отношение окружающих. На СВО он потерял ногу и думал, что смотрят на него косо только сейчас, а со временем будут уважать. Однако пришлось вызывать полицию, чтобы... получить законное место для инвалидов на парковке во дворе своего дома! «Я хотел всё решить по-хорошему, писал жителям в чат, объяснял, что мне нужно парковочное место. Я пять раз предупреждал и только потом начал вызывать ГАИ», — рассказывал он aif.ru.
Инспекторы штрафовали нарушителей, даже эвакуировали машины. Но всё это вызвало лишь негодование соседей. Они обвиняли Андрея в том, что он «живёт за их счёт» — мол, они платят налоги, на которые и идут выплаты военнослужащим, а инвалиду вообще надо сидеть дома. «Я даже не знал, что у нас такие озлобленные люди, а ведь Псков — город воинской славы. Я вернулся со СВО, рассчитывая, что люди воспримут это с уважением, поймут, что я не какой-то наркоман, который где-то ногу потерял», — сетует Ползохновский.
Одну из жительниц дома дважды оштрафовали (на 7 тыс. и 30 тыс. рублей) за оскорбление и дискредитацию армии, она даже извинилась. Но Андрей в искреннее раскаяние не верит. Потому планирует вести в соцсетях канал, чтобы помогать тем, кто вернулся домой раненым, но несломленным.
Не хочет чувствовать себя проигравшим и 37-летний житель Дагестана Джамалудин Амирханов. Он вернулся со СВО с ранением и медалью, попросил выделить ему участок в родном селе Новолакское. Амирханов — вдовец, воспитывает двух детей и сейчас живёт у отца. Несмотря на это, сельские власти отказались выделять ему участок. Джамалудину сказали, что в районе он не проживает (хотя прописан там с 2010 года), хозяйство не ведёт, от района не призывался... Амирханов говорит, что сдаваться не намерен: если новое заявление не удовлетворят, то пойдёт в суд.
16 миллионов раздора
Зачастую права участников СВО нарушаются даже после их гибели. Хитрая мошенническая схема раскрыта в Приморье. По версии следствия, 46-летний мужчина жил у семейной пары в дачном доме и помогал как разнорабочий. Муж и жена предложили ему отправиться на СВО по контракту. У бойца не было родственников, поэтому заранее — на случай ранения или гибели — его фиктивно женили на 63-летней пенсионерке.
О его гибели стало известно в октябре 2023 года. Фигуранты тут же открыли на имя «вдовы» банковский счёт. Когда выплату (более 8 млн рублей) перечислили, супруги отвезли пенсионерку в банк, где та сняла деньги и отдала им. Средства пара потратила на дом и две машины, а остатки перевела на счёт своего сына. Схема вскрылась, когда один из знакомых погибшего пожаловался прокурору. Семейную пару арестовали, их подозревают в мошенничестве в крупном размере. «К сожалению, вокруг участников СВО ошиваются подобные потерявшие совесть и человечность "гражданские жёны". В данном случае это циничная уголовщина, и виновных надо карать по законам военного времени», — негодовал депутат Заксобрания Приморского края Владимир Беспалов.
А челябинец Валерий Костюк и вовсе оскандалился в эфире федерального канала. Он заявил, что ради 16 млн рублей готов обделить четверых детей. 12 лет назад судимый блудный отец бросил семью, а недавно получил выплаты за смерть сына, которые должны были достаться его младшим детям.
Евгений Костюк, погибший в зоне СВО, завещал свои деньги и имущество младшим братьям. Заранее написал завещание — из-за опасной службы и тяжёлой болезни матери (у неё обнаружили рак). Вскоре она умерла, а после погиб и сам Евгений, посмертно получив орден Мужества. Тут и появился отец-предатель. «Они как с мамой развелись 12 лет назад, так мы его больше не видели. Никакой поддержки, алиментов, ничего не получали», — поражается наглости горе-родителя брат Евгения Владислав Морозов.
По букве закона Костюк-старший, может, и прав. Про совесть в этом — и во многих других случаях — говорить не приходится.
Больше срочных и эксклюзивных новостей — в телеграм-канале АиФ