Сюжет «Стоиков» режиссёра Дениса Азарова не привязан к конкретному времени или месту — его можно играть в любом крупном городе в любой точке мира и в любой день. Но идёт он пока только в МХТ им. Чехова, потому что пьеса была написана драматургом Дмитрием Даниловым специально для Художественного театра — можно сказать, театральный эксклюзив.
Данилов известен театральной публике: его пьесы «Человек из Подольска», «Серёжа очень тупой» и «Саша, привет!» играются на сценах по всей стране — от любительских театров до студенческих постановок. Данилов вроде бы пишет о бытовых ситуациях, но в его историях всегда всё гораздо глубже.
Серая зона неопределённости
Действие спектакля разворачивается в обычной квартире большого города — серые стены, никакого визуального шума на чистых поверхностях. На фоне бубнит телевизор об очередной катастрофе — что-то где-то взорвалось, погибших несколько тысяч, скоро будет миллион. Там, за окном, всё сложно и очень непонятно. Горизонт планирования — ближайшая неделя. Работы почти нет. Понимания между героями пьесы тоже.
Во всяком случае парень (Павел Табаков) не понимает, зачем ему знакомиться с родителями своей девушки (Мария Фомина). Они же не планируют семью, они просто живут вместе, обсуждают, что творится в мире, и пьют по вечерам вино. Они же не зона ответственности друг друга, а всего лишь проводят время вместе. Поэтому разговор никак не хочет складываться — они по кругу обсуждают одну и ту же чепуху, лишь изредка решаясь задать важные вопросы. Но оказывается, что этими вопросами они нарушают «личные границы» друг друга.
Закон каменных джунглей
В спектакле герои обезличены одинаковыми серыми костюмами и говорят каждый из своего «домика», старательно ограждённого от других. У персонажей даже нет имён, не то что понимания, что будет дальше с их жизнями.
Но постепенно, слово за слово, от нигилистов не остаётся и следа, а под серыми безликими масками оказываются живые люди. Выясняется, что парень ведёт видеоблог — снимает пустые стены, мимо которых никто не ходит. Отчим девушки (Александр Усов) ведёт колонку про бейсбол, которую читают 30 человек (ведь бейсбола больше нет — на всю страну осталось две команды). Мать девушки (Светлана Колпакова) тревожится за будущее дочери и пытается продолжать жить так, будто всё по-прежнему. А девушка… задумывается о том, что хочет больше, чем имеет сейчас, то есть единственная делает то, что никому давно не приходит в голову — строит планы на будущее.
В спектакле есть замечательный художественный приём: прозрачный чулан посреди сцены — единственное цветное пятно. Только там герои могут признаться самим себе, чего желают. Парень хочет рисовать, девушка — выйти замуж, а отчим всё грезит о том, что бейсбол станет популярен.
Кухонная философия
Спектакль «Стоики» начинается будто бы с середины и заканчивается тоже на полуслове. Зрителю показывают ситуацию, которая могла бы перевернуть жизнь этих людей, но не дают чёткого ответа — а изменится ли что-то после этого долгого и нелепого разговора? Контекст происходящего размыт — что-то плохое случилось в мире (настолько, что страны направляют куда-то гуманитарные самолёты), а что именно — мы не знаем, но можем самостоятельно выбрать, какой это год и день.
При этом герои спектакля продолжают твердить доведённые до абсурда истины, когда-то сформулированные философами-стоиками. Они здравые люди и должны мыслить рационально. Они могут контролировать только то, что находится в их зоне ответственности, — только свои мысли и чувства. А вот другой человек — это уже не их зона ответственности, даже если вы семья.
В спектакле поднимаются не столько вопросы стоицизма — он является скорее предлагаемым способом решения проблемы, — сколько межличностных отношений. Главный — это то, насколько мы одиноки в этом мире, полном людей. Ответа нет. И заниматься его поиском от зрителя тоже не требуют. Ведь, как завещали стоики, мы можем контролировать только то, что можем контролировать.