Посмотрела все сезоны нашего, отечественного, сериала "Контейнер" (2021-2023), который, как его анонсирует Википедия, "поднимает темы суррогатного материнства и социального неравенства". А по мне, так он поднимает и массу других тем!
Что же касается основной идеи... Итак, хорошие мои! Даже не знаю, хотела бы я, чтобы вы тоже посмотрели его в полном объеме, или нет, но те, кто посмотрел три сезона, могут меня поддержать (или не поддержать): впервые в своей практике заядлого киномана (а сериалы я люблю особенно нежно!) я не обнаружила в этой грустной истории ни одного положительного персонажа! Даже условно-положительного - ни одного! Который бы, будучи темным в начале повествования, как пивное бутылочное стекло, под воздействием внешних обстоятельств вдруг встал бы на путь исправления. Чтобы что-то человеческое в нем встрепенулось, христианское, чтобы он удивил нас своими чудесными характерными метаморфозами и - мы бы "окатарсились" навзрыд! Так нет же, нет!
Каждый раз, когда во время просмотра трех сериальных сезонов, вам начинает казаться, что вот оно, дно! - как снизу уже стучат!
Сюжет таков: молодая женщина по имени Саша является профи в суррогатном материнстве. Таких - на профессиональном жаргоне ее клиентуры! - называют "контейнерами". И в фильме не раз этот факт подчеркивается. Дескать, что она там о себе возомнила, эта "суррогатка", когда она просто "контейнер".
И я уверена, что, по замыслу сценаристов, главная героиня должна была бы это опровергнуть! Потому что есть в трех сезонах несколько эпизодов, где она эмоционирует в духе достоевщины, что она устала так жить! Не дрожит и имеет правА! И я, женщина с не менее лабильным эмоциональным фоном, терпеливо ждала, когда же, когда, в "контейнере" Саше вдруг проснется "настоящий человек". Типично по Горькому. Который, фактурно обозначив персонажей в своей пьесе "На дне", доказал, что права, в общем-то, имеют все. И никто, никакие тяжелые обстоятельства не способны человеческое в человеке раздавить, если совесть в нем еще жива. Но...
По сюжету Саша вынашивает для "чужих людей" уже третьего младенца. И это ее не очень-то тяготит, хотя она уверяет главврача клиники репродукции человека, с которой у нее контракт, что "это в последний раз".
Саша, как ее и задумывали сценаристы, молодая женщина из неблагополучной семьи. Хотя я, если честно, немного этому удивлена, потому что у Саши есть вполне себе благополучная, хотя и издерганная учительством, мать, и подросток-сестра, которая - по сюжету! - ее незаконнорожденная в 15-ти летнем возрасте дочь, которую мать записала на себя. Из этих исходных данных у зрителя должно сформироваться впечатление, что в том, что уже взрослая вполне Саша не получила никакого образования - "а в школе-то отличницей была" - виноваты ее ранние роды и мать. Так как на протяжении всех трех сезонов женщины истерично выясняют между собой отношения: одна - почему она, под давлением матери, отдала ей ребенка, другая - скажите спасибо, что она ее тогда спасла! (Но все-таки кто мешал Саше учиться?).
Короче, дело житейское, в России тысячи таких семей! Даже во дворе, где я родилась, была такая семья, где рожденного дочерью в старших классах пацана родители записали на себя. И никто там, почему-то, не истерил. И в свое время он обо всем узнал, но родителями все равно считал бабку с дедом. Ну, да ладно. Не суть.
Что меня, как зрителя, капитально доканывало на протяжении всего просмотра, это - ничем не прикрытый цинизм! Как я не видела в Саше (Акиньшиной) внезапно залетевшую примерную девочку и отличницу - если кто-то считает по-другому, поправьте меня! Так и не могла ни один из ее поступков хоть как-то оправдать! Дьявол кроется в мелочах. А детерминизма в фильме - навалом! Допустим, согласно условиям контракта, "суррогатка" не должна ни с кем вступать в интимные отношения и есть вредную еду.
Именно нарушением этих запретов и начинается фильм.
И это не проявление свободы главной героини, просто она четко знает, что всего лишь "контейнер", и ей на это наплевать. И, чтобы раскрыть перед зрителем ее противоречивый характер (потому что некоторые сюжетные коллизии лишены логики, хотя зритель пытается четко следовать выстроенной в начале фильма концепции), сценарий сначала знакомит нас с ее первым парнем, ставшим "из-за нее"(?) рецидивистом (якобы, когда он попал за решетку за связь с несовершеннолетней, это сломало его судьбу), затем с соседом Виталиком, который готов за нее убить (и делает это), и, в итоге, с заказчиком ребенка, замминистра, которого играет, как студиец какого-нибудь ТЮЗа, Филипп Янковский (очевидно, так и не вжившийся в роль).
Для того, чтобы описать все перипетии в судьбе героини, не хватит статейного формата. Она пытается стать матерью последнему, рожденному ею, ребенку, но постоянно забывает, что в ней уже почти загнулся человек. Ей крайне сложно играть на экране подлинные душевные муки, потому что так, как она характеризует себя в диалогах, отбрасывает зрителя назад, в самое начало фильма, как в исходную точку. Отсюда и младенец в фильме - всего лишь медиатор, двигатель сюжета, но не более того. И становится жутко, что он, как персонаж, не успев родиться, уже не нужен там никому.
И все об этом открыто говорят: зачем нам этот ребенок?
И нет в фильме темы т.н. социального неравенства, потому что там - по сюжету! - "танцуют всех"! Нет искренности чувств, заботы, внимания, привязанности и любви. А если они - в качестве пробного шара! - и есть, то все разбивается о карму навязанных судьбой "сложившихся обстоятельств", общую карму всех имеющихся в сценарии персонажей - без души.
Поэтому зритель и не надеется, что "вот-вот и - станет лучше". Он надеется, чтобы не стало еще хуже. Хотя какое уж там "еще"!
Отсюда - финальная сцена третьего сезона, когда Саша выходит из "освещенного конца туннеля" (ворот министерского дома) с младенцем на руках, лично у меня вызывает только одно чувство: "Эй, кто-нибудь! Заберите у нее ребенка!".
Она, обделенная любовью, его точно куда-нибудь унесет!
Спасите хотя бы одну жизнь.