Фронтмен Opeth Микаэль Окерфельт рассказал в одном из интервью для Total Guitar, как в 1996 году группа выступала на разогреве у Morbid Angel во время тура.
По словам Микаэля, тогда участники Opeth были слишком самоуверенны: «Мы играли на разогреве у Morbid Angel в этом туре, на этом шоу [которое в итоге было выпущено как "Entangled in Chaos"], если я правильно помню.
Мы выпустили наш второй альбом "Morningrise" [в 1996 году], и это был наш второй зарубежный тур, так что мы были ещё зелёными, но чересчур самоуверенными. В те дни мы думали, что в нас есть что-то уникальное, — и да, оглядываясь назад, я считаю, что так оно и было, потому что мы звучали не так, как другие группы.
Мы играли с моей самой любимой дэт-металл-группой всех времён, но мы считали их стариканами, потому что мы были моложе и звучали по-новому.
Это было сродни тому, как Iron Maiden выступали перед KISS в 1980 году. KISS были на подъёме, а у Maiden только-только вышел дебютный альбом. Вот как мы себя чувствовали.
Фронтмен Opeth Микаэль Окерфельт рассказал в одном из интервью для Total Guitar, как в 1996 году группа выступала на разогреве у Morbid Angel во время тура.
По словам Микаэля, тогда участники Opeth были слишком самоуверенны:
«Мы играли на разогреве у Morbid Angel в этом туре, на этом шоу [которое в итоге было выпущено как "Entangled in Chaos"], если я правильно помню.
Мы выпустили наш второй альбом "Morningrise" [в 1996 году], и это был наш второй зарубежный тур, так что мы были ещё зелёными, но чересчур самоуверенными. В те дни мы думали, что в нас есть что-то уникальное, — и да, оглядываясь назад, я считаю, что так оно и было, потому что мы звучали не так, как другие группы.
Мы играли с моей самой любимой дэт-металл-группой всех времён, но мы считали их стариканами, потому что мы были моложе и звучали по-новому.
Это было сродни тому, как Iron Maiden выступали перед KISS в 1980 году. KISS были на подъёме, а у Maiden только-только вышел дебютный альбом. Вот как мы себя чувствовали... Мы думали, что их переплюнем. Мне стыдно признаться в этом, но именно так мы себя чувствовали тогда.
И они разнесли нас в пух и прах за пару секунд. Мы исполняли песни из альбома "Morningrise", который звучал как искажённая средневековая музыка менестрелей, а они начали с риффа "Dawn of the Angry".
Мы не могли поверить в это и чувствовали себя неловко... Как мы могли подумать, что можем составить им конкуренцию?! Вокал Дэвида Винсента был на высоте. Трей Азагтот был похож на паука, изгибающегося над своей гитарой, исполняя эти странные риффы. Питу Сандовалу приходилось делать паузы во время коротких вступлений, чтобы размяться и подготовиться к следующему бластбиту.
Это опустило нас на землю, что оказалось для нас полезным в будущем.
Эта запись подвела итог их пику — концу череды из четырёх потрясающих пластинок ["Altars of Madness" 1989 года, "Blessed Are the Sick" 1991 года, "Covenant" 1993 года и "Domination" 1995 года] до того, как Дэвид Винсент покинул группу [в 1996 году], и, насколько я понимаю, после этого группа уже не была прежней.
Это была в какой-то степени их лебединая песня... Зато какая! Сведение тоже было совершенно потрясным; запись была более плотной, всё звучало как надо, это было балансом между новым контролем и их ранними демо-записями. Это было великолепно. Я до сих пор включаю этот альбом время от времени».