Я знаю это по собственному опыту. И еще, иногда мне пишут мамы, пытающиеся выбраться из-под этих осколков, которые ранят, как ни повернись... У моей дочери шизотипическое расстройство. Первые очевидные проблемы начались в 11 лет, второй раз в психиатрической больнице она лежала в 13. Сейчас ей уже 17, и на постоянной терапии у нее явно есть шанс жить долго, и вполне вероятно, даже компенсированно. Я в период озвучивания диагноза и первые месяцы держалась только за мысль: я хочу, чтобы мой ребенок жил. Я ее люблю. Поскольку депрессивная составляющая ее состояния была очень велика. Да, может, в том моменте это было очень эгоистично. Но, как показали прошедшие годы, не зря. Осознанное отношение, что важно, а что нет, пришло гораздо позже. Я просто тогда решила не зацикливаться на болезни, а пытаться показать ей, что люблю её. Слушать ее истории и сны, не требовать временно ничего, что она не может сделать (а не могла она почти ничего) - ну то есть относилась как к тяжело заболевшему р