Вчера наткнулся на передачу Андрея Малахова. Сидел за столом с родственниками пенсионного возраста. Им очень нравятся песни под гармонь в исполнении обычных (в смысле, не медийных) людей. Я же впервые увидел эту передачу. Ну, дело молодое. Другие интересы, рок-н-ролл и всё такое... Казалось бы.
По логике мне, как человеку молодому, стоило бы скривить физиономию. Типа: "Ну что это? Опять лубок, откат назад, махровая самодеятельность, да ещё и в прайм-тайме". Возможно, я бы так и сказал, если бы не одно обстоятельство. Родом я из провинциальной глуши, деревенский по сути. И одно из самых моих трепетных воспоминаний ранней молодости - это как раз те самые посиделки с гармошкой.
Когда я учился в 10м классе, то порой наведывался к своему другу Дмитрию, жившему с бабушкой на краю посёлка. Про бабушку стоит сказать отдельно. У неё в трудовой книжке была лишь одна запись. Всю жизнь Людмила Ивановна проработала дояркой в местном племзаводе. До своей фермы она от дома за 10 минут доходила пешком. Достаточно было перейти ручей и подняться в небольшую горку.
Однажды Дмитрий позвал меня к себе на День рождения. Я удивился, когда увидел, что среди гостей больше бабулек, чем моих ровесников. Последние, конечно, тоже были, но не более 4х человек. Девушек из нашей компании мой друг не позвал, на что я ему резонно заметил:
- Димон, а где Машка, Верка, сестры Румянцевы? Где Катюха и Ленок? Тут у тебя, как в доме престарелых.
- С нашими девчонками мы вечером в парке продолжим. А сейчас пока с бабушками посидим, - ответил Дмитрий. - Погоди. Сейчас мой дядька Слава придёт с гармошкой. Бабки запоют. Вот тогда ты всё поймёшь.
А бабульки тем временем от души веселились, громко болтали и уверенно выпивали. И было видно, что они тоже ждут дядьку Славу. Он пришёл через полчаса, выпил штрафную и начал расчехлять инструмент.
Был ли я тогда скептически настроен? Да был. Меня же интересовала исключительно рок-музыка в 10м классе, особенно та, что потяжелее. Но скепсис продержался недолго. Заиграла гармонь, бабушки запели. Я же сидел, словно пригвожденный к табурету.
Звучащее пение совсем не походило на выступление фольклорного хора, которое я много раз видел в поселковом ДК. Народный ансамбль пел аккуратно, выверенно, как и следовало для сценического искусства. То есть пение было хоть и от души, но все же искусственным. А тогда на дне рождения друга я услышал естественное народное пение. И оно, конечно, потрясло меня.
От бабушек я ждал песни "Ой, мороз, мороз", "Что стоишь, качаясь", "А кто там с горочки спустился". Они, конечно, были, но только под занавес застолья. Начали же пожилые дамы с песен про колхоз, о существовании которых я даже не подозревал. По тексту я догадывался, что слушаю народное творчество, сочиненное ещё при правлении Ленина-Сталина. Пели в те времена все также на неизменные вечные темы: о неразделенной любви, одиночестве, разлуке... Менялась власть, границы, флаги, а сердце человеческое хотело выговориться через песню. И тогда, сидя за столом, меня пронзила близость прошлого. Я почувствовал людей, живших на полвека раньше меня. Хотя правильнее сказать, я ощутил души людей, оставшихся в глубоком-глубоком прошлом. Появилась связь и от неё навернулись слезы.
Волшебство не пропало, когда бабушки перешли с грустных песен на частушки. Тут был настолько забористый материал, что у меня запылали уши. По понятным причинам, я не могу привести самые козырные частушечные обороты. Упомяну для примера наиболее приличную строчку. Одна из частушек заканчивалась словами: "... девяносто раз дала".
Как я могу относиться к телевизионным передачам, где люди собираются за столом и поют под гармошку? Только положительно. Конечно, я понимаю, что слышу не то самое естественное пение. Участники шоу поют под фонограмму, их страхуют, предварительно записав и подчистив голоса. Да дело даже не в том, что берут микрофон в руки самодеятельные артисты. (Профессионалы тоже поют под плюс. Таков порядок на ТВ.) Дело в другом. Шоу показывает зрителю направление, где лежит сокровище. А оно там реально лежит. Если вы сами вживую не испытывали, то поверьте на слово.
