Мне доверили расписывать гробницу Фараона. Подготовка к погребению начинается с момента вступления на трон. Возвести гробницу — дело небыстрое. Саркофаги, статуи, фигурки-ушебти, канопы... Всё должно быть прекрасным. Даже в загробном мире Фараон не довольствуется ничем, кроме роскоши. Мальчики-слуги с факелами сменяют друг друга каждые полчаса. Спина болит, голова кружится, а в глаза будто насыпали песка. Но я не позволяю себе опустить кисточку. Звёзды украшают тело богини Нут. Осирис приветствует Фараона в своём царстве. Суровый Анубис ведёт душу на суд. Чёрная краска из сажи. Белая — из известняка. Тёртый малахит для зелёной кожи Осириса и — пасти Аммат. Я тянусь нарисовать её острые клыки, но рука замирает в воздухе. Аммат — неизбежная часть суда. Все знают эту историю: перо Маат на одной чаше весов, сердце смертного — на другой. И если тяжесть его грехов перевесит, то сердце достаётся Пожирательнице. Я не раз рисовал её грозный лик. Острые крокодильи зубы. Сильные лапы львицы. Грузное тело гиппопотама. После десятой гробницы страх отступил. Но я знаю, Аммат должна вызывать дрожь. Ведь если наказание будет мягким и невинным — кого оно остановит? Поэтому я не могу продолжить работу. Меняются мальчики с факелами, слуги приносят финики, сыр и воду, а я ни штриха не сделал. Это гробница Фараона. Защитника. Хранителя истины. Корону правителя могут носить лишь достойные. По крайней мере, так нам говорят. Поэтому сердце Фараона не появится на весах. Пасть Аммат не угрожает ему. В этой гробнице она не чудовище и не пожирательница — а верная защитница. Лишённая своего ужасного лика. Послушная. Безобидная. Это неправильно. Всё, что я знаю о последнем суде — он всегда справедлив. Таким я и должен его изобразить. Кисть ложится в ладонь. Тело гиппопотама. Львиные лапы. Крокодильи зубы. Не знаю, заметят ли жрецы эту вольность. Быть может, их взгляд лишь скользнёт по рисунку, а может — меня ждёт наказание. Что ж, это будет справедливо. Но я изображаю истинную Аммат. Чудовище, готовое наказывать неправедных. Её острые зубы так близко, что хочется отдёрнуть руку с кистью. Проведя последнюю линию, я понимаю одно. На последнем суде эта работа не утяжелит моё сердце. 129/366.
Пишу ежедневные тексты для мифологического марафона. Пост про марафон в ВК и в Телеграме.
Судя по тому, что я прочитала, в гробницах фараонов Аммат реально изображали не так, как у "обычных" людей. Занятно...
И да, Аммат — милашка:
