– Вы чувствуете себя опустошенным, опечаленным, освобожденным? – Освобожденным – нет, мы хотели продолжить работу. Мы думали, что она не закончена. Чувства противоречивые, потому что я считаю, что результат хороший. Думаю, мы были на верном пути, но в футболе такое бывает. Решение принимают директора, и они довели это до нас. Мы выиграли два трофея в очень тяжелой ситуации. Само собой, я желаю «Барселоне» только лучшего. От реакции футболистов у меня мурашки. Все, что я делал, провоцировало землетрясения, я стал мишенью и не мог спокойно работать. Мы просили о стабильности месяц назад, мы хотели работать. Остается смириться, – сказал покидающий пост главного тренера специалист.
– Вы чувствуете себя опустошенным, опечаленным, освобожденным?
– Освобожденным – нет, мы хотели продолжить работу. Мы думали, что она не закончена. Чувства противоречивые, потому что я считаю, что результат хороший. Думаю, мы были на верном пути, но в футболе такое бывает. Решение принимают директора, и они довели это до нас.
Мы выиграли два трофея в очень тяжелой ситуации. Само собой, я желаю «Барселоне» только лучшего. От реакции футболистов у меня мурашки.
Все, что я делал, провоцировало землетрясения, я стал мишенью и не мог спокойно работать. Мы просили о стабильности месяц назад, мы хотели работать. Остается смириться, – сказал покидающий пост главного тренера специалист.
