- Посмотрите налево: этот замок когда-то принадлежал древней знатной семье. Сейчас там уже давно никто не живёт… Почему вы так странно смотрите? В здании нет призраков, или вы наслушались местных баек и легенд? Если решите снова посетить наш город, постарайтесь в следующий раз не обращать внимания на местный фольклор.
Гостья города натянуто улыбнулась, посмотрела куда-то сквозь дворец и снова продолжила путь.
– А вот справа, посмотрите, это музей диковинок. Здесь хранятся драгоценности и украшения султанов, острые сабли и даже мумия из какой-то далёкой страны. Вы знаете, что такое «мумия»?
Нет, гостья города не знала, что такое «мумия». Гости города никогда не слышат, что я им говорю. Они всегда ведут себя одинаково: натянуто улыбаются и стараются не смотреть мне в глаза. Наверное, им стыдно показать свой страх. Эти глупые дети и старики постоянно пугают путников своими глупыми рассказами про призраков. Некоторые даже специально сюда приходят, чтобы посмотреть на привидений.
Нынешняя гостья города уже зашла в местную лавочку, и выходить оттуда в ближайшее время явно не собиралась. Проводить экскурсии мне больше некому, поэтому я медленно побрела в сторону музея. Подул холодный ветер, и брат сильнее сжал мою руку. Он был совсем маленьким, поэтому я не могла оставить его одного дома, приходилось брать его на работу.
Я окинула взглядом некогда оживлённую, а нынче пустующую площадь. Многие хижины и хибары уже почти развалились на части, крыши большинства домов покосились и обвалились. Когда-то в них жили люди, прилавки ломились от диковинных товаров, а замок сиял благополучием. Мы с братом медленно брели к музею, спешить нам было некуда, время в городе остановилось ещё несколько лет назад.
Где-то недалеко послышался крик, я обернулась и увидела ту гостью города. Она указывала на нас с братом и что-то кричала. Отражение женщины было видно в огромной луже, я невольно посмотрела в воду и встретилась со своим собственным взглядом. Спутанные грязные волосы, некогда смуглая, а сейчас серо-коричневая кожа, бело-серые без радужки и зрачков глаза, почерневшие губы. Совсем нет ничего удивительного в том, что путница наконец-то дала волю эмоциям и закричала. Я осмотрела площадь, встретилась пару раз с недружелюбными взглядами местных жителей. Нас с братом здесь явно больше не будут терпеть. Я крепче сжала его руку и медленно пошла к выходу из города.
Мы долго шли по ухабистой дороге, множество повозок оставило в ней глубокие борозды от колёс. Перед глазами мелькал однообразный ландшафт из открытого участка поля с пожухлой жёлтой травой и виднеющихся вдалеке серо-зелёных деревьев. Долгое время не было слышно никаких звуков, но тут покой тишины нарушил стук колёс и цокот копыт. Мы обернулись и увидели хлипкую полуразваленную повозку. Возничий был одет в потрёпанную и рваную, под стать телеге, одежду и больше напоминал разбойника.
– Вас подвезти? – бесцветным тихим голос спросил владелец повозки.
– Если вам нетрудно.
– Залезайте.
Мы осторожно сели в телегу, которая вблизи показалась ещё более хлипкой и разболтанной. Она неприятно заскрипела от нашей возни, и мы старались лишний раз не шевелиться.
Пейзаж потихоньку менялся. Высохшее поле и серовато-зелёный лес сменился голыми участками влажно хлюпающей под колёсами земли и болотом. Кроме стука колёс и цокота копыт, всё так же не было слышно ни звука. Создавалось впечатление, что все живые существа давно покинули эту местность.
Телега внезапно остановилась. Возничий спрыгнул на землю, подошёл к лежащему в повозке мешку и достал из него топор.
– Давайте закончим это быстро. Больше вы не будете мешать несчастным людям, они всего лишь хотели спокойной жизни.
Быстрым движением возничий отрубил голову сначала брату, потом мне. Сложил наши тела в отдельные мешки и выбросил в болото. Отчаянный человек надеялся, что может убить тех, кто и так не живёт, простым отделением головы от тела. Пройдёт время, и мы снова сможем вернуться. Поселиться в каком-нибудь другом городе. Несчастные люди всего лишь хотели спокойной жизни, мы тоже всего лишь хотим мирного существования там, откуда нас не погонят. Когда-нибудь мы найдём поселение, где не станут обращать внимания на наш внешний вид. Где мы сможем безнаказанно изображать живых людей.
