Навскидку могу вспомнить три наиболее известных случая, когда для записи сольных инструментальных партий рок-группы прибегали к помощи исполнителей со стороны. Так, в 1968-ом году, во время работы над "Белым альбомом" ("White Album") Джордж Харрисон, который был недоволен своим гитарным соло в песне "While My Guitar Gently Weeps" обратился за помощью к своему другу Эрику Клэптону. Он не только блестяще справился с задачей, но и одним своим присутствием в студии смог разрядить напряжение в отношениях участников "The Beatles". Другой пример - "Innuendo", одноимённая композиция из последнего с Фредди Меркьюри альбома группы "Queen", в которой виртуозное соло на испанской гитаре по просьбе Брайана Мэя было исполнено ветераном рок-музыки Стивом Хауи ("Yes"). И ещё один "классический" пример взаимопомощи среди рок-музыкантов 70-ых годов - участие клавишника Манфреда Манна в записи одного из альбомов группы «Uriah Heep». И подобных примеров можно привести ещё немало...
- Если бы, к примеру, в году этак 77-ом меня попросили назвать несколько самых эпичных рок-композиций, то песню «July Morning» ("Июльское утро") «Uriah Heep» я назвал бы одной из первых. Были бы в списке и "Child In Time" от "Deep Purple", и "Stairway To Heaven" из репертуара "Led Zeppelin". Вспомнил бы о «The House of the Rising Sun» в исполнении группы "The Animals" и "The End" Джима Моррисона ("The Doors")... Не сомневаюсь, что со мной согласилось бы подавляющее большинство советских меломанов тех лет!
Пришло время перейти к рассказу об одной из самых известных песен любимой мной группы «Uriah Heep».
Песней «July Morning» заканчивалась первая сторона вышедшего в октябре 1971-го года третьего в дискографии «Uriah Heep» альбома "Look At Yourself" ("Посмотри на себя").
Думаю, не будет лишним напомнить, что в записи этого альбома принимали участие клавишник Кен Хенсли, гитарист Мик Бокс, вокалист Дэвид Байрон, бас-гитарист Пол Ньютон и барабанщик Кит Бэйкер.
Легендарная песня «July Morning» ("Июльское утро"), ставшая главной в альбоме, родилась случайно, при вполне обыденных для гастролирующих рок-групп и мало романтичных обстоятельствах. Её автор, идейный вдохновитель «Uriah Heep», Кен Хенсли вспоминал:
«Я сочинил это за год до выхода, в самом начале 70-х. Мы тогда много колесили по миру с концертами. И вот, мы были в Англии. Не помню, почему, но я остался в автобусе совершенно один – я ждал других ребят, которые где-то бегали. Я долго просидел в полном одиночестве, а потом мне стало скучно и я взял гитару. Перебирал струны, наигрывал что-то ненавязчивое, и постепенно ко мне пришла песня... Это действительно было июльское утро, причём очень раннее - 3 часа утра!».
По воспоминаниям Хенсли, песня „July Morning“ изначально была задумана как нежная лирическая баллада, исполненная под аккомпанемент акустической гитары. В одном из своих интервью он напомнил журналисту, как работает над своими песнями:
«Вы знаете, когда я сочиняю какую-то композицию, то вначале она звучит совсем иначе, чем в окончательном варианте в исполнении группы. Обычно при сочинении я использую либо только гитару, либо только пианино».
По мере работы над „July Morning“ к Хенсли подключились и остальные участники группы, в результате чего на руках у музыкантов были три фрагмента-зарисовки, которые долго не удавалось связать в единое целое. Простудившийся гитарист Мик Бокс слёг на несколько дней в постель, Дэвид Байрон делал необходимые правки в тексте, Хенсли безуспешно пытался разнообразить музыкальный материал. Справиться с задачей удалось лишь после возвращения гитариста Мика Бокса в студию звукозаписи. Вот как он сам об этом вспоминал:
«На момент работы над песней я приболел, когда же после простуды я снова появился на репетиции, то увидел, что ребята так и не продвинулись с мертвой точки. Дело в том, что все три отрывка были сочинены в одной тональности — си минор, что для столь продолжительной композиции грозило однообразием. И нам уже вместе пришлось добиваться, чтобы эти части органично, и в то же время рельефно, сочетались друг с другом. Так и появилась «July Morning».
Когда наконец-то композиция приобрела свой окончательный вид, началась её запись, во время которой также возникли некоторые проблемы. Вот что об этом рассказывал Кен Хенсли:
«Когда мы записывали в студии эту песню, в первом дубле, играя соло, я сделал ошибку. У меня большие и довольно толстые пальцы, и иногда я цепляю лишние ноты. Мы сделали еще четыре дубля, я больше не ошибался. Но когда прослушали, звучало как-то не так…».
Джерри Брон, продюсер «Uriah Heep», после нескольких прослушиваний всех записанных дублей также не был удовлетворён услышанным и решил воспользоваться услугами музыканта Манфреда Манна и его ещё диковинным в то время синтезатором «Moog». Обладателя чудо-инструмента, который не проявил поначалу к материалу особого внимания, пришлось уговаривать. Вот как вспоминает это сам Джерри Брон:
"До этого песня существовала очень долго и не развивалась. Я предложил пригласить Манфреда Манна, чтобы он сыграл на муге: это было в то время нечто новое. Он пришёл в студию, послушал музыку и сказал:
- Тут же один аккорд: ничего с этим я не смогу сделать!
Я ему:
- Нет же, Манфред, сможешь!
Он уходит, спускается вскоре по лестнице.
- Нет, не сработает, - говорит. Я ему:
- Манфред, то, что ты сыграл, — фантастика!
Он:
- Серьёзно? Ты правда так думаешь?
- Разумеется! Потрясающе!
Он:
- Ну, так это пустяки: я могу сделать намного лучше.
Уходит, возвращается:
- Ну, что скажешь?
- Очень хорошо, но первое соло было лучше.
- Лучше? Ну, так я могу сделать такое, что будет лучше этих двух!
Возвращается:
- Ну что?
Наконец, я говорю ему:
- Ты только что сыграл пять потрясающих сольных партий. Мы используем из каждой по кусочку - и запись будет готова!
Эта идея очень не понравилось Кену Хенсли, который лично придумал партии для всех музыкальных инструментов... Впоследствии его обида усугубилась: во время одного из совместных концертов публика с ажиотажем приняла группу Манфреда Манна, а позже, когда на сцену поднялись "Uriah Heep", освистала Кена Хенсли и его коллег. После этого случая между Хенсли и Манном на долгие годы образовалась взаимная неприязнь.
Вот как вспоминал о той странице из биографии "Uriah Heep" Кен Хенсли в своей книге "Blood On The Highway":
«Я всегда был из тех, кому требовалось иметь все последние игрушки. Клавишники, возможно, все такие, хотя другие ещё больше помешаны на всяких приспособлениях, так как они техничнее меня. Моя зацикленность на наипоследнейших игрушках была одной из причин, почему я был настолько раздосадован, когда мы пригласили Манфреда Манна (Manfred Mann) сыграть на синтезаторе Муга в финале "July Morning" - потому что это была игрушка, которую я не мог заполучить! У него единственного в Англии была такая! Моя досада была ещё более глупой от того, что, если поразмыслить, я даже не знал, как играть на этой штуке. Я понятия не имел, как она работает. И всё же, этот синтезатор был один во всей Англии, Манфред был единственным, кто умел на нём играть - так что он исполнял такие причудливые штуки, которых я попросту не умел делать. То, что он сыграл, немного выпадало из контекста основной идеи песни... и тем не менее он привнёс несколько новых штрихов во время сессии, часть из которых я копировал во время живого исполнения "July Morning"».
Джерри Брон остался доволен работой приглашённого музыканта и впоследствии говорил, что именно Манфред Манн сыграл «решающую роль в этой песне и её становлении хитом».
«Это была моя идея, пригласить Манфреда с его Minimoog, и я ни разу об этом не пожалел. Хотя мне и пришлось пойти на хитрости, чтобы уговорить его остаться и сыграть...» - неоднократно подчёркивал Брон.
Критики, как и большинство слушателей, были единогласны в своём мнении: несмотря на жанровое и стилистическое богатство песен, многие из которых стали классикой своего времени, именно «Июльское утро» навечно осталось наиболее эпическим и красивым шедевром в репертуаре "Uriah Heep". Даже не жаловавшие группу журналисты и критики хвалили аранжировку и вокал Дэвида Байрона, который выложился на все 1000%!
Именно после выхода «July Morning» Байрона назвали одним из ведущих вокалистов в мире рока.
«Исполнение «July Morning» Байроном стало образцом для вокалистов нового поколения», – заключил рок-критик Гариско.
На сегодня, пожалуй, всё! Оставляю вас, уважаемые читатели, с воспоминаниями об одном из рок-шедевров 70-ых годов.