…И goodbay, Америка
— Джейк, ты веришь, что приключений больше не будет? — спросил Павел, когда они оказались дома. — У меня создалось такое впечатление, что Нью-Йорк — город не только контрастов, но и авантюристов и приключений. Может, нам залечь на время и не подавать признаков жизни?
— С первым, Майкл, я согласен, а со вторым — не очень. У нас связь с внешним миром не должна нарушаться. Позвонить может кто угодно. Другое дело, что никто не может нам запретить расслабиться. Сейчас приготовим обед, будем есть и пить виски сколько душа пожелает.
— Джейк, я — за!
К вечеру оба так и не легли спать. Третья, выпитая до половины, бутылка виски стояла на столе. За это время они успели обсудить много тем, начиная от сравнения жизни в Америке и Советском Союзе. Павел всё время поправлял Джейка, что «в России», но потом понял, что и сам не жил ещё в новой после распада стране. Разговор был и о женщинах. Они старательно обходили тему ЦРУ и КГБ, но с третей бутылки начали обсуждение, чья контора лучше, и тут их прервал телефонный звонок.
— Ну вот, я же говорил, Майкл, нельзя терять связь с миром, — невнятно проговорил Джейк, неуверенной походкой направившись к телефону. Он взял трубку и включил громкий режим.
— Отличная работа, парни! Вы ещё не видели сегодняшний номер газеты. Первая полоса ваша. Мне практически не пришлось ничего править. И фото… отличные фото! А статья — с перчиком. Вы оправдали все мои ожидания. Я увеличил гонорар обоим на пятьдесят процентов. Выпейте за моё здоровье и доброе к вам отношение.
Джейк поблагодарил за щедрость и стал было приглашать Артура присоединиться к ним, но вовремя осёкся, поняв, что они уже переходят кондицию.
— Спасибо, Артур! Обращайся, когда надо, — заключил он, — только имей в виду, послезавтра мы улетаем на Украину.
— Ах да! Я забыл, что вы шпионы и вам ещё надо послужить Родине. Шучу, Джейк, не обижайся. Счастливого пути, и не забывай приятеля Артура.
— Свинья, свои интересы всегда ставит выше других, — положив трубку, произнёс Джейк. — Ну что, Майкл, ещё по одной — и спать?
— Согласен, только, может, попросишь консьержа купить нам газету, лучше две — тебе и мне, я хочу взять экземпляр с собой на память.
— Вот она опять, Майкл, — перекрикивая натужный гул двигателей взлетающего «Боинга», проговорил в ухо Джейк.
— Да, вижу, как будто всё начинается сначала — мы не улетаем, а прилетаем, — ответил Павел, пристально глядя на статую Свободы.
— А ты так и не побывал и не знаешь, что у неё в голове. Вон, видишь, в короне окна для обзора?
— Да знаю я, Джейк, что у неё в голове, это ваши так называемые принципы демократии: «Свобода, равенство и братство», — иронично ответил Павел. — Я не прав?
— Прав абсолютно, Майкл! — улыбнулся Джейк.