Давид Нармания
Если и были для израильского правительства поистине непростые недели на внешнеполитическом треке, то уходящая явно затмит большинство из них. Сперва прокурор Международного уголовного суда запросил ордер на арест Биньямина Нетаньяху и Яхьи Синвара. Но на этом дипломатические унижения не закончились: в пятницу Международный суд ООН потребовал от Израиля прекратить операцию в Рафахе.
В обоих случаях особую пикантность придают детали. В случае с МУС это не только непредвзятость истового британца Карима Хана — того самого прокурора, который росчерком пера в каком-то смысле уравнял израильского премьера с лидером ХАМАС. Куда интереснее иезуитская логика Соединенных Штатов, которые это решение раскритиковали. Сперва группа сенаторов еще до требования ордера написала послание Хану, где пригрозила последствиями в случае антиизраильского решения, а затем Вашингтон и вовсе заявил о возможности санкций против МУС.
Но самое забавное в этой истории — это двуличная позиция Вашингтона в отношении решений этого суда, которая особенно заметна на контрасте с разбирательствами против России. Как отметил представитель Госдепа Мэттью Миллер, юрисдикция МУС распространяется на Россию, но не на Израиль. Почему это работает именно так, если обе страны отозвали свою подпись под Римским статутом, Миллер не объяснил. Что еще интереснее, он также не стал объяснять, почему США, которые тоже отозвали свою подпись, определяют, кого МУС может судить, а кого нет.
Никак представитель Госдепа не прокомментировал и еще одно обстоятельство: почему Россию, которая делает все для спасения детей в зоне конфликта и вывозит их оттуда, можно судить, а Израиль, который просто бомбит таких же детей, но в Газе, судить нельзя.
Как бы то ни было, пока представить, что решение МУС как-то помешает Израилю, сложно. Максимум — Нетаньяху будет несколько стеснен с точки зрения внешнеполитических визитов, но каких-то более серьезных последствий ожидать сложно.
А вот решение Международного суда ООН — материя более тонкая.
Как только о нем стало известно, и представители ООН, и дипломаты, и журналисты, и эксперты по международным отношениям стали в один голос заявлять о том, что решение обязательно к исполнению.
Но в чем заключается эта обязательность? Если Тель-Авив завтра же не просто не остановит операцию в Рафахе, а нарастит темпы, что может сделать Международный суд? Какие инструменты есть у этой самой ООН, чтобы заставить Израиль выполнять ее волю?
Если совсем упрощать, то никаких. Формально, конечно, суд может обратиться в Совет безопасности, который уже должен будет принять соответствующую резолюцию с обещанием всех мыслимых кар — вплоть до проведения миротворческой операции. Но давайте честно, каковы шансы, что подобная резолюция будет принята? Совершенно очевидно, что как только этот вопрос вынесут на обсуждение, США используют право вето и тогда заседание превратится в пустую формальность.
И именно это мы увидим спустя месяц — ровно столько Международный суд дал Израилю на выполнение своего решения. Собственно, праворадикальный израильский министр национальной безопасности уже цитирует одного из основателей еврейского государства Давида Бен-Гуриона: "Наше будущее зависит не от того, что скажут гои, а от того, что сделают евреи".
Но он прав лишь отчасти. Подобное поведение было бы невозможно без поддержки Соединенных Штатов. А вот им нынешние действия израильского правительства сулят большие проблемы.
Вашингтон, само собой, не может отвернуться от Израиля — тогда о Ближнем Востоке американские лидеры могут забыть на долгие десятилетия. Но нынешнее "крышевание" действий Тель-Авива в перспективе тоже не останется безнаказанным. А после решения Международного суда ООН последствия выплескиваются далеко за пределы региона.
Беда для США кроется в том, что теперь можно забыть о попытках склонить Глобальный Юг на свою сторону в стремлении сохранить собственное положение гегемона. Если Вашингтон как-то пытался маскировать свою идею "миропорядка, основанного на правилах" под уже сложившуюся после развала СССР систему, то теперь всем становится очевидно, что никаких "старых правил" нет, все сводится к ницшианскому "Падающего — толкни".
Здесь у неопределившихся в новом глобальном противостоянии появляется понимание, что сохранить прошлый порядок невозможно, поэтому придется выбирать: либо многополярный мир, продвигаемый Россией и Китаем, либо гегемонию США с их ролью глобального полицейского. Вот только полицейский этот предельно коррумпирован, и судьба Югославии, Ливии и Ирака — цветочки в сравнении с тем, что ждет других недовольных в случае торжества Вашингтона.
И если союзник американцев может рассуждать в духе "не важно, что скажут", то почему бы не последовать его примеру?