Вчера была очередная годовщина смерти великого нашего актёра.
После 1994 года Олег Ефремов поставил только один спектакль, и это были «Три сестры» (1997), завершившие его «чеховский цикл» и встреченные критикой с таким восторгом, какого он не помнил уже давно.
В его «Трёх сёстрах» финальная сцена разыгрывалась в парке, среди деревьев, дом на заднем плане отсутствовал, и британская журналистка удивлялась: «Как же так! Спектакль о доме, а дома нет, это ведь глубокий пессимизм»,
— на что Олег Николаевич отвечал: «Почему пессимизм? Это жизнь».
Олег Николаевич выпивал, но он никогда не дрался. А Миша был буйного характера.
- рассказывал мне Мережко.
Проклова вспоминала:
Трогательный был. И сколько бы рядом с ним ни было женщин, которые вроде бы служили ему, поклонялись, он выглядел неухоженным, ходил в странных мятых рубашках. В пепле от сигарет, не стрижен — типичный вечный студент.
Болезнь лёгких ограничила его работоспособность. В 2000 году Ефремов вновь обратился к пьесе Э. Ростана «Сирано де Бержерак», которую в 1964-м ставил в «Современнике», но этот замысел режиссёр не успел осуществить, спектакль был завершён уже после его смерти. Олег Ефремов умер в Москве, в своей квартире на Тверской улице 24 мая 2000 года, когда его театр находился на гастролях на Тайване.
В день прощания, по свидетельству очевидца, к зданию в Камергерском переулке из-за моря цветов невозможно было подойти. 31 мая он был похоронен на Новодевичьем кладбище рядом с могилой Константина Станиславского.