Часть 2. Талантище и тараканище
Алексей Петрович медленно выдыхал клубы сизого дыма. Кубинская сигара никак не желала заканчиваться. Сегодня он отдыхал в лучшем борделе Италии. Выпив немного коньяка, Лешик застонал от удовольствия. Давно он так не расслаблялся, но всему хорошему рано или поздно приходит конец: через три часа Лешка улетал домой, в немытую квартиру, где его ждала дорогая сердцу Юленька.
Петрович нехотя расплатился за услуги и хлопнул дверью. Его мучила одышка: в пятьдесят восемь лет уже не развлечешься с блондиночками так, как в двадцать. «Нужно купить Юльке итальянского вина, сыра, а потом она будет расчесывать мне усы. Волосок к волоску. Блаженство», - зажмурив глаза от удовольствия, представил сие действо Лешка.
А в это время Юля сидела дома. А что ей, собственно, оставалось делать еще? Она очень сильно хотела поехать в Италию вместе с супругом, но тот возразил, сказав, что денег не хватит. Зачем этот старый мерзавец врет, ведь Юле известно, что за фотографии в стиле ню, которые он так часто делает, ему платят порядка пятидесяти тысяч. И фотографирует он не каждого. Например, преподаватель психологии, готова была сниматься обнаженной даже перед всем университетом.
Юля тоскливо помешивала в кастрюле перловку, как вдруг ее телефон зазвонил. На экране гаджета высветилось «Антон Павлович». Девушка вздрогнула. Антон звонил ей всю неделю после той драки. Она почему-то боялась брать трубку. Но телефон все не унимался.
- Алло, - нарочито спокойным голосом ответила Юля.
- Юленька, дорогая, прости меня, - голос Тошки дрожал. – Я поставил тебе автомат по экзамену.
- Антон Павлович, но зачетная неделя еще не началась, - возразила Павлушова. Его голос был для нее словно пение райских птиц.
- А когда она начнется? – недоуменно спросил преподаватель.
- У нас с вами завтра пара, вот я и объясню, - устало вздохнула Юлька.
- Не забудь напомнить всем, что вы завтра приносите свои эссе на тему «А что, если на других планетах есть политики». Прочтем, обсудим, покритикуем, - взвился Антон и бросил трубку.
Сердечко билось в груди так, как птица в клетке. Кажется, она снова влюбилась.
Наступило утро, и Юля, как примерная студентка, направилась в университет. Она зашла в аудиторию. За столом уже сидел ее муж, самозабвенно играющий в планшет.
- А, садись, - зевнул он.
Юля вспыхнула, словно спичка:
– Я вообще-то жена твоя, если ты не забыл.
- Рот закрыла, - зашипел Лешик, резко встав из-за стола. – Ты хочешь, чтобы все об этом узнали?
- Сам заткнись, - Юля дала ему звонкую оплеуху. Настолько звонкую, что у Лешки зазвенело в ушах. Муж схватил супругу за шею и начал душить. Наконец, поняв, что жена вот-вот задохнется, он резко разжал пальцы.
Юля начала откашливаться.
- Я ухожу с твоей гадкой пары, тараканище. Сбрей свои колючие усы, старикашка, - процедила сквозь зубы девушка и, развернувшись на каблуках, ушла.
- Вот ведь, - опешил Алексей, поглаживая растительность над верхней губой, - талантище.
На пару Антона Палыча Юля шла с тяжелым сердцем. У нее жутко болела голова, а синяки, которые оставил муженек у нее на шее, приобрели лиловый оттенок. Эта пара была восьмой по счету. Муженек очень не любил, когда Юля засиживалась допоздна, а уж тем более, если ходила на пары к Тоше.
Антон Палыч вошел в аудиторию с понурым видом и, собрав у всех тетради, решил не проводить занятие.
Юля уже подходила к выходу, обрадованная благой вестью, как тут услышала за спиной хриплый голос Антона:
- Юль, останься.
Юлино сердце заколотилось сильнее, а ладони вспотели. Никогда ни к одному мужчине она не испытывала настолько двоякого чувства. Казалось бы, вполне солидный с виду преподаватель домогался до нее, а она влюбилась в него, как кошка в сметану.