Всем привет, с Вами «Мяч над сеткой»! Знакомство с героями прошедшего сезона в женской Суперлиге продолжается. Сегодня – вторая часть интервью с финалистом Кубка России-2023 и бронзовым призером чемпионата связующей «Ленинградки» Анной Шевченко.
Каково это – впервые стать основной связующей в Суперлиге и сразу в команде с медальными задачами? Почему в 21 год Шевченко задумалась о завершении карьеры? Почему ей оказалось тяжело влиться в основной состав «Ленинградки» после молодежной команды? Сейчас все узнаете! Но для соблюдения последовательности придется сначала вспомнить прошлогоднюю "Ленинградку".
Следила за Огненович
-Чему Вы научились у двукратной чемпионки мира Бояны Дрча?
-Ее уверенности, умению спокойно вести себя во время игры. Мне помогало само осознание, что нахожусь рядом с Бояной. Я наблюдала, как она с девочками разговаривает: «Повыше, пониже». Обычный диалог на площадке во время матча. Это позволяло набирать опыт.
А в начале этого сезона мне все девочки очень помогли. Поддерживали, говорили: «Не переживай, мы поможем, если надо – передачу исправим». В такой атмосфере привыкать к роли основной связующей было комфортно. Без этой теплой атмосферы пришлось бы сложнее.
-Приз самому ценному игроку на Кубке Губернатора добавил уверенности?
-Да. Это награда стала очень для меня неожиданной. Конечно, уверенности придало, но когда пошли другие матчи, то быстро забылось. В командном виде спорта о личных наградах не думаешь.
-А когда начинали карьеру, какая связующая была для вас ориентиром?
-Я внимательно за игрой Майи Огненович смотрела. Очень мне нравилось, как Огненович красиво пасует.
-Сейчас волейбол, кроме разборов матчей, смотрите?
-Смотрю. В основном – матчи нашей женской Суперлиги. Для дополнительного анализа, изучаю соперников – чтоб к матчам с ними лучше подготовиться.
-Вас характеризуют, как очень спокойного и доброго человека, но есть мнение, что связующая должна уметь быть cтрогой и требовательной. Вам тренеры это говорили?
-Да. Объясняли, что с нападающих надо больше спрашивать. Что не всегда в неудачном ударе виновата связующая, бывает, что и нападающий может неправильно выйти на удар или плохо его исполнить. Говорили, надо приучать, чтоб всегда были готовы к моим передачам.
Как погасить эмоциональные вспышки партнеров
-Связующие старшего поколения вспоминают, что их приучали: «второе касание всегда - твое, это аксиома! Хоть оттолкни, хоть ущипни, но никто не должен вместо связующей пасовать». Сейчас это требуют?
-В молодежном составе Игорь Дмитриевич Филиштинский повторял, чтобы приучала партнеров – второе касание должно быть всегда у связующей. В основном составе такого не тренеры не говорили, не требовали. Я уже сама стараюсь до девочек это донести. Но не получается у меня быть очень строгой(Улыбается).
-Потребовать что-то в игре от партнеров, накричать, отчитать. Это случается?
-Нет, не могу.
-Тренеры с этим легко мирились?
-Не все. В молодежной команде Филиштинский с моим характером не мирился. Говорил, что я слишком добрая. Запомнилась его фраза: «Скромность – дорога к бедности, а я хочу, чтобы ты была богатой». Еще для образности добавлял: «Если приду в зал с тысячной купюрой, ты будешь двадцать пятой, кто ее попросит».
-Вы отмечали услышанный совет: «лучший игрок – нуждающийся игрок». Это где услышали?
-Тоже от него. Для меня смысл этой фразы не в финансовых условиях, а стремлении получить опыт, повысить свой статус, проявить себя.
--Кстати, за пределами площадки скромность и доброта чем-то мешают?
-Нет, ничем не мешают. Я очень хорошо себя чувствую со своим характером(Смеется). Если очень что-то понадобится, смогу и попросить о чем-то. Но два лишних раза – конечно, нет. Я и сама по себе скромная, и так меня воспитали. Мама говорила: «Ты должна быть скромной, ты же девочка».
-На площадке спокойствие это большой плюс?
-Я всегда стараюсь играть с холодной головой, не перебарщивать с эмоциями. Мне комфортно так. Иногда кажется, что если сильно проявляю эмоции, то начинаю уже после первой партии уставать. Кажется, спокойствие и команде помогает. Когда у кого-то из девчонок что-то не получается, они могут вспылить – а мне их проще успокоить.
В «Ленинградку» по объявлению
-А как вообще Вы оказались в «Ленинградке»? Девочка из московской спортивной школы приезжает в питерскую команду. Почему?
-Когда мне было 15 лет, я задумалась о том, что хочу в волейбол и дальше играть, уже на более высоком уровне. Сказала об этом папе – он предложил позвонить в «Монино», которое молодежной командой «Динамо» считалось. Но я сразу родителям сказала, что туда не поеду.
-Опять же – почему?
-Мы ездили в этот лагерь с моей командой на летние сборы – и я знала, что девчонки из «Монино» там живут постоянно. Съездить в лагерь мне нравилось, но жить постоянно там - нет. Для меня это смотрелось, как тюрьма.
Потом увидели объявление о просмотре в молодежный состав «Ленинградки». Папа туда позвонил, договорился – мы приехали, в спортивной школе «Экран» нас просматривали. По итогу сказали, что готовы меня взять, но мой переезд в Санкт-Петерберг отложился на год.
-?
-Тренер в школе «Ника-65» Маргарита Аркадьевна Петрова убеждала остаться, не хотела, чтоб я так рано уходила. Хотела еще меня чему-то научить, и впереди у нашей команды были важные соревнования – чемпионат России.
-Спустя год «Ленинградка» снова объявила конкурс?
-Да. Мы опять приехали с родителями.
-Многие именно на переходе из школы в молодежный состав меняют амплуа, некоторые – вынужденно. Вы ехали в молодежку «Ленинградки» уже связующей?
-В спортивной школе играли по схеме «4-2» - с двумя связующими, я была универсалом - и пасовала, и нападала в диагонали. Но на просмотре сразу сказали, что для нападающей у меня маленький рост. Еще на родителей посмотрели, наверное, дополнительно убедились, что сильно не вырасту. Поэтому объяснили, что лучше попробовать себя связующей.
Страх и стеснение на тренировках
-Если не считать трех сезонов в аренде, «Ленинградка» для Вас- единственная команда. По меркам переменчивости нынешнего волейбола такая стабильность - редкость.
-Для меня стабильность это плюс. Влиться в новый коллектив всегда было сложно.
-Почему?
-Не знаю. Я в большей степени интроверт, мне комфортно в одиночестве. Если есть выбор - куда-то пойти или дома посидеть, какой-нибудь фильм посмотреть - я лучше посижу дома. Мне так больше нравится.
-В какую команду вливались тяжелее всего?
-В основной состав «Ленинградки», в 2018 году. Я ж никого там не знала, многие игроки были намного старше, я волновалась и стеснялась. Даже те, кто по возрасту был ненамного старше, казались мне уже опытными и взрослыми. Я тогда жила еще в общежитии училища олимпийского резерва (УОР), поэтому общалась больше с девочками из молодежной команды.
-С дедовщиной в какой-нибудь форме где-нибудь сталкивались?
-Нет, мне с этим повезло. Никогда ничего такого от старших девочек не видела.
-А насколько ожидаемым тогда оказался вызов в первую команду «Ленинградки»?
-Я хоть и отыграла уже за мололежный состав три сезона, но не думала, что меня возьмут в первую команду. Сначала просто на сборы попросили приехать, помочь. Тогда основная связующая «Ленинградки» Ольга Скрипак из-за матчей за сборную начинала подготовку позже, поэтому нас вместе с Машей Дороничевой (Смеленко) привлекли на тренировкам. Меня возвращали в молодежную команду, я с ней тренировалась опять, но вскоре нас с Машей поменяли местами. Она потом уехала в другую команду, а я осталась.
-Вы играете под 23 номером. Случайный выбор или это знаковое для Вас число?
-В детстве я играла под номером 4. Не помню, почему его выбрала, просто понравился(Улыбается). А когда пришла в молодежку «Ленинградки», там «четверка» оказалась занята, поэтому взяла 13 – и долго под ним играла. Почему 13? Выбрала число, которое делится только на 1 и на самого себя(Смеется). Но после Курска это число мне уже казалось несчастливым.
-А дальше?
-С 23 номером смешно получилось. В «Липецке» хотела сновать взять 4,он и там он был занят. Я подумала: раз мне там исполнится 23 года, возьму этот номер(Смеется)
Петербурженка из Москвы
-Вы называете себя петербурженкой. Когда себя ею почувствовали?
-Наверное, когда вернулась из аренды в «Липецке», 2 года назад. Приехала обратно в Петербург - и почувствовала, что я вернулась домой. В свой город.
-Где Вам в нем особенно комфортно?
-Любимое место – Елагин остров. До этого сезона я жила на Коменданстком проспекте, остров – рядом, часто там бывала. Сейчас реже, все-таки играем и тренируемся мы в другой части города, поэтому живу около зала.
-Родители обижались, когда Вы стали говорить, что Петербург Вам ближе и милее Москвы стал?
-Нет, они тоже может быть когда-нибудь сюда переедут. Им здесь нравится. В Петербурге поспокойней, чем в Москве. За этот сезон родители раза три или четыре приезжали.
-Уже задумывались, до скольки лет хотели бы играть?
-До 35 точно хотелось бы. А после карьеры вижу себя тренером, или по лечебной физической культуре (ЛФК), или просто волейбольным. Но не главным во взрослой команде. Думаю, скорее будут тренером ЛФК, это мне ближе. И нервов поменьше.
После сезона в Курске собралась заканчивать с волейболом
-Вы три сезона провели в арендах в других командах. Для себя ставили какой-то временной рубеж – сколько готовы ждать шанса в «Ленинградке»?
-Отправляясь в аренду, не думала об этом. Готова была и дальше получать опыт в разных командах, мне это нравилось. Например, в Курске со мной хорошо индивидуально поработал Владимир Дмитриевич Пилипенко. В «Луче» я впервые в своей карьере играла основной связующей. Воспринимала тот опыт, как очень полезный, что не просто так гуляю по арендам. Хотя от периода в Курске ожидала большего.
-Рассчитывали там чаще играть?
-Да. Думала, что получу практику. Но с начала сезона оказалась в запасе. Повлияла и травма голеностопа. В итоге в кубковых матчах я не очень хорошо себя показала, наверное, тренер тогда решил, что важнее и лучше дать практику другой связующей -Анне Укневичус. Она и старше, и опытней.
-Вы рассказывали, что в конце того сезона подумывали о завершении карьеры. Почему?
-Это было весной 2020 года, когда логдаун из-за Ковида наступил. Мысль о том, чтобы закончить с волейболом пришла сама собой: меня тогда никуда не брали. В Курске не хотели оставлять, в «Ленинградку» на тот момент не собирались возвращать, еще в одной команде отказали. На все это наложились и эмоции от неудачного сезона в Курске, вот и подумала, что у меня может и не получится ничего со спортом. Я тогда в себе сомневалась.
-Что было дальше?
-Обратилась к психологу. Друзья – спортсмены (не волейболисты) порекомендовали знакомого специалиста. В течении полутора-двух месяцев мы созванивались с психологом по видеосвязи, общались, работали. В итоге она меня убедила, что стоит продолжать. Сказала: «сдаться ты всегда успеешь». Напомнила, зачем я волейболом занимаюсь. С тем психологом я тогда попала в «точку». Легче с ней было чем-то делится. Она мне, кроме основного вопроса, помогла и с другими: как разбираться с эмоциями, как расслабляться.
Липецкое везение и возвращение в «Ленинградку»
-О своем желании закончить Вы руководству «Ленинградки» сообщали?
-Нет. Когда уже успокоилась и решила продолжать, позвонила начальнику «Ленинградки» Юрию Борисовичу Воронину – и сказала, что согласна идти в любую команду, лишь бы меня куда-нибудь взяли. В «Луче» вроде как отказали, но потом их связующая решила сосредоточиться на учебе, с волейболом закончила и пригласили меня. Я на тот сезон вернулась в Москву, жила с родителями, а в «Луче» у меня был очень позитивный период, такой расслабляющий.
-Это как?
- Волейбол воспринимался не работой, а любимым развлечением, я как будто в детство вернулась, когда начинала волейболом заниматься. Утром на тренировку приходило человек 5-6, только те, кто в школе или институте не учился. А на вечерней тренировке наоборот собиралось больше 20 человек.
-Что это за тренировки такие?
-Тренеры иногда приводили своих детей – показать им взрослых игроков, привести их в пример, как можно играть научиться. Мы все вместе тогда во многое там играли. В профессиональных командах такое редко бывает, а у нас там это постоянно практиковали, играли, например, три на три.
Я даже диспансеризацию проходила в «Луче», как обычный рабочий. Вместе с работниками метрополитена. Тогда впервые увидела, как медицинская книжка выглядит. А должность называлась – инструктор по физической культуре. Я ж и на второй сезон в «Луче» должна была остаться. Меня там все ждали.
-Что помешало?
-Летом попросили помочь «Ленинградке» на предсезонном сборе, ведь основной связующей еще в команде не было – Лаура Дейкема приехала только осенью. Александр Леонидович посмотрел на меня – и сказал, что в «Луч» я больше не поеду. Потому что вряд ли там чему-то научусь и вырасту. Вместо этого договорились на счет аренды в «Липецке» - а это уже Суперлига.
-И тренер – Андрей Смирнов – в прошлом связующий.
-Да. Повезло еще, что у него большой опыт работы с молодежью. Связующим он тогда много внимания уделял, мы над техникой работали, Андрей Геннадьевич помог мне в ней прибавить. В играх мне тоже много доверял. Возможно, я играла поменьше, чем Катя Синицына, но все равно была довольна. Смирнов говорил, что на тренировках у меня получается лучше, чем в матчах. В них волнение мешало.
-Научились с волнением справляться?
-На мой взгляд, научилась. Уже после возращения из аренды в «Ленинградку».
Если Вам интервью понравилось – Вы лайкнули. А если еще не подписаны, но заинтересовались волейболом, то подписались.