Как известно, природа не терпит пустоты. Башни и прясла Смоленской крепости вместе с изменением технологий артиллерийского боя потеряли очевидное первоначальное функциональное наполнение. Одним из наиболее ранних способов использования пространств крепости стало применение его для хозяйственных нужд. Свободные площади весьма быстро превращались в хаотичные или упорядоченные хранилища, склады или приобретали иной характер хозяйственного использования.
Уже в период использования крепости военным ведомством зафиксировано хозяйственное использование башен. К примеру, привычным для эпохи было сохранение снарядов и расходных материалов в башнях: «... порох в случае приумножения оного содержится в пороховых башнях…».
Подобная модель использования пространства может считаться весьма популярной. Как отмечено в «Описании всех частей Смоленской городовой каменной стены башен и крепостных укреплений с показанием в каком оные состоянии находятся» от 1777 года, «Авраамиевская башня четвероугольная о четырех апартаментах. Нижний с каменным сводом, который служит за пороховой погреб».
Для обеспечения сохранности материалов принимались и определённые меры. К примеру, в Годовом отчете Смоленской крепости о производстве ремонтно-строительных работ за 1798 год упоминается, что «в Авраамиевской четвероугольной башне починкою исправлен пол. За ветхостию сделаны деревянные 3 стеллажа по 4 яруса для положения пороховых бочек».
И после, в 1840-е годы, Авраамиевские ворота продолжают традицию порохового склада: башня «занята порохом Артиллерии и гарнизонного батальона».
В некоторых случаях для хозяйственных целей к крепостной стене пристраиваются отдельные сооружения. На чертежах начала XIX века отмечено, что близкие объемы существовали около Гуркиной башни: «… по обе стороны ея, пристроен к стене Провиантский магазин». Аналогичные сооружения существовали и у Маховой башни. К пряслу у Воскресенских ворот ранее был пристроен сарай.
Обширные хозяйственные процессы гарнизона требовали увеличения количества используемых помещений. Веселуха, названная в XVIII веке Лучинской башней, и соседняя Стефанская башня, и Крылошевские ворота, и Костыревская башня, как отмечено в «Описании всех частей Смоленской городовой каменной стены башен и крепостных укреплений с показанием в каком оные состоянии находятся» от 1777 года, «занята комиссариатскими вещами». В это же время в Лазаревской башне «провиантские повозки положены», Пятницкие водные ворота служили цейхгаузом Черниговского полка, а Волкова башня «занята провиантской казною». Ныне музеефицированные Никольские ворота в это время служили пороховым погребом, а расположенная неподалеку Долгочевская башня – соляным складом.
Однако чаще башни крепости меняли свое предназначение: «… Костыревская круглая, известная более под именем Черепаховой, в 1837 г., по ветхости, разобрана и возобновлена в 1856 г. Она обращена была сперва в пороховой погреб, а потом в военный архив». В истории башни есть и период, связанный с размещением пенитенциарного учреждения. Как отмечает План части города Смоленска и крепости в нем середины XIX века, «башня большая круглая именуемая Веселухою, расположена на высокой горе, крыта железом, без повреждений и предназначалась приспособить для помещения арестантов, но в настоящее время в этом помещении не имеется надобности». Также для помещения арестантов предполагалась и Костаревская башня, на тот момент свежевыстроенная.
Крепости знаний, друзья!