Рано утром, по дороге на работу, сталкиваюсь с пьяным. Я не то чтобы возмущаюсь, просто внутренне неприятно, как физически неприятна грязь. Человек пошатывается, перегаром от него разит за версту, но проходя мимо я слышу обрывок разговора: За два дня три "контакта" и шесть "двухсотых". Это штурмовик на отдыхе в прифронтовом Белгороде. "Контакт" означает "ближний огневой бой", "двухсотыми" называют убитых. И чтобы я мог спокойно жить и работать, человек этот под пули идёт. А уж как он стресс после боя снимает - не моё дело вообще. Не мне его судить. Как писал фронтовик Борис Слуцкий, досыта насудившийся в трибунале: Я судил людей и знаю точно,
что судить людей совсем не сложно, —
только погодя бывает тошно,
если вспомнишь как-нибудь оплошно.
Кто они, мои четыре пуда
мяса, чтоб судить чужое мясо?
Больше никого судить не буду.
Хорошо быть не вождем, а массой. Схожий случай был у Стивена Кови. Однажды он уставшим возвращался с работы. В вагон метро зашел отец с детьми и сел прямо напротив