Кандидат исторических наук рассказывает, как Ниеншанц превратился в Шлотбург

Немецкий путешественник Геркенс, побывавший на берегах Невы в 1710 – 1711 годах, писал: царь Петр приказал «срыть до основания Ниеншанц… желая наблюдать это, самолично находился там на расстоянии примерно версты. Когда же все было взорвано, разрушено и сровнено с землей, он приказал в память об этом поставить четыре самых высоких из найденных в этих местах мачтовых дерева, стоящие там по сей день».

Ганноверский резидент Фридрих Христиан Вебер, описавший Петербург в 1714 – 1719 годах, также отметил, что от Ниеншанца «не осталось ни единого камня». В 1726 году французский путешественник Обри де ла Мотрэ отметил, что бывшая шведская крепость «совершенно разрушена».

На обороте медали, отчеканенной в 1714 году Ф. Г. Мюллером в память взятия Ниеншанца, помещена фраза, которая в переводе на русский звучит следующим образом: «Новый замок взят и разрушен 14 мая старого стиля».

Между тем архивные документы, а также карты и чертежи петровского времени показывают, что крепость не была полностью уничтожена. Бастионы Ниеншанца и уцелевшие после осады внутренние постройки активно использовались — как во время военных действий на берегах Невы, так и после их окончания.

А вот от расположенного напротив крепости города Ниен, насчитывавшего к началу XVIII века 400 – 500 домов и примерно 2000 – 2500 жителей (среди городов Финляндии по величине он уступал только Выборгу и Або), действительно практически ничего не осталось. Его сожгли сами шведы в преддверии наступления русской армии. Приказ об этом отдал шведский комендант Юхан Аполлоф 20 октября 1702 года. Часть жителей Ниена укрылись за крепостными стенами, часть ушли в Выборг.

По-видимому, 1 или 2 мая 1703 года Петр I переименовал Ниеншанц в Шлотбург (Замок-город). Как резонно замечал исследователь А. В. Предтеченский, зачем давать новое имя крепости, если она обречена на уничтожение? Во всех письмах царя, отправленных 2 мая, именно Шлотбург указан местом его пребывания. И только начиная с 1 июля 1703 года обратным адресом государя становится уже не бывшая шведская крепость, а Санкт-Петербург.

Источники свидетельствуют, что в мае-июне 1703 года Шлотбург был основной резиденцией государя. Именно туда привели захваченные на взморье в ночь на 7 мая шведские шняву «Астрильд» и яхту «Гедан». 10 мая в бывшей шведской крепости Петр I и А. Д. Меншиков стали кавалерами ордена Св. Андрея Первозванного.

Уже через три недели после капитуляции крепости Петр I именно в Шлотбурге принимал посольство Великого княжества Литовского. Представители великого гетмана литовского Михаила Вишневецкого М. К. Белозор и М. Халецкий прибыли в Россию для подписания договора о совместных действиях против шведов. Оставив большую часть людей и почти всех лошадей в Великом Новгороде, трое послов в сопровождении 37 человек свиты отправились на двух кораблях к Шлотбургу. Их приветствовали с трофейного шведского корабля «пушечною стрелбою изо всех пушек». Подошедшие к крепости корабли с послами ответили салютом из пятнадцати пушек. Затем приветственные выстрелы раздались и из Шлотбурга.

Петр I принимал послов в доме, который еще недавно служил резиденцией последнему шведскому коменданту Ниеншанца. В документах Российского государственного архива древних актов сообщается:

«А великий государь изволил быть в комендантовых хоромах; хоромы были немалые, толко во время осады во многих местех от бомб изломаны».

16 июня 1703 года в результате продолжавшихся несколько дней переговоров было достигнуто соглашение и заключен трактат о совместных действиях против Швеции. В конце текста договора указано место подписания — «чинилось в обозе под Шлотбурком, прежде сего Ниеншанцом названном».

Летом 1703 года одновременно со строительством Петербургской (будущей Петропавловской) крепости велось и укрепление Шлотбурга. Бывшую шведскую крепость вооружили 68 пушками.

Шлотбург служил и местом сбора работных людей, прибывавших на строительство Петербурга. Кроме того, пока шло сооружение Петербургской крепости, в Шлотбурге в амбарах хранили запасы продовольствия для армии — муку, рожь, ячмень, хмель, крупы, соль, горох, овес.

И только после того, как осенью 1703 года завершилось возведение земляной Петербургской крепости, запасы продовольствия из Шлотбурга стали увозить, а сами укрепления начали разрушать. В пользу этой версии говорят документы походной канцелярии А. Д. Меншикова. Так, в выписке из дел Ингерманландской канцелярии 1705 года упоминается, что «в 703‑м году по его великого государя указу тот город подорван, и то место розровнено, а вместо того построен Санкт-Питербурх».

В конце 1703 — начале 1704 года Шлотбург действительно опустел. Громкий топоним быстро ушел из переписки царя и его сподвижников. Вместо Шлотбурга они вернулись к прежнему названию шведской крепости — Ниеншанц (или Канцы). Крепость в устье реки Охты перестала играть в планах Петра I сколько‑нибудь значительную роль.