– После тренировочного лагеря вас отправили в АХЛ и не поднимали до марта. Было депрессивное настроение?
– К сожалению, да. Я не ожидал. Когда ты проводишь столько времени в НХЛ… Падать всегда больно. В лагере я катался с Миллером и Босером в первом звене. И все было нормально, мне первые три дня говорили, что все отлично.
Потом пару игр, и меня спустили. Было тяжело. Потом я понял, что есть два пути: либо ехать в Россию, либо закуситься и бороться за место в основе, пока мне позволяет возраст.
Мне очень помог главный тренер фарм-клуба Джереми Коллитон. В самые тяжелые моменты он искал для меня новые челленджи, много со мной общался, мы смотрели много видео, он показывал мне мои смены в НХЛ и АХЛ. Мной действительно много занимались. Это потихоньку давало свои плоды.
Когда тебе становится без разницы, то в этот момент все начинает получаться. Вот такой парадокс. Понял, что надо играть, показывать, что в клубе сделали ошибку, что меня спустили.
В «Ванкувере» мне говорили, что все будет нормально, part of development (этап развития – в переводе с английского). Но, конечно, для меня это было непонятно. Я был зол. По итогу эту злость я направил в правильное русло, – сказал нападающий «Ванкувера» Василий Подколзин.
