На днях узнала, что дочь знакомой едет в «Артек». И не в первый раз.
Немного удивилась.
Мне кажется, надо быть человеком определенного склада, чтобы хотеть туда ехать. Меня удивило, наверное, что в семье этой знакомой вырос такой ребёнок. Не то чтобы я считала её какой-то раздолбайкой – вовсе нет, просто в моём представлении в «Артек» едут самые-самые пионеры-мальчиши Кибальчиши, евпочя. Тимуры с командой. Очень правильные такие люди. И моя знакомая такой не было, а ребёнок вот, получается, стал. Хотя хз, может, я заблуждаюсь. Но мне с детства казалось так.
Я сама была отличницей, меня вечно выдвигали на всякие конкурсы и олимпиады, у меня были похвальные листы, как у Ульянова-гимназиста (с). При этом слова «учись хорошо, поедешь в «Артек» вызывали во мне страх.
Во-первых, я не ощущала себя Человеком с большой буквы, как достойнейшие пионеры-герои и т.п. Я так себе человек и особых иллюзий на свой счёт не питала с детства. И училась я хорошо не потому, что трудолюбивая (так-то я капец ленивая), а просто легко давалось. И конкурсы с олимпиадами не потому, что хотела, а посылали, ну и вдруг пригодятся грамоты потом (не пригодились), ну и страшно было отказаться.
Во-вторых, мне была противна сама суть любого лагеря.
Я ездила в пионерский лагерь каждый год с шести лет.
Мама была большой любительницей, она проводила там в детстве всё лето, все смены, много рассказывала про это, и ей, скорее всего, казалось, что меня будет так же штырить. И ещё, наверное, она считала, что лагерь пойдёт мне на пользу (это да, пошёл).
В первую свою смену я заболела. Мне было шесть лет, я ужасно тосковала по дому. Не столько по родителям (не знаю, тоскуют ли именно по родителям дети, прошедшие детский садик), сколько по своей привычной жизни, комнате, вещам. Мне просто жутко хотелось домой. Я никому не жаловалась, просто тихо терпела. Где-то в середине смены у меня случился спасительный отит, и меня забрали домой.
На следующий год меня снова отправили в лагерь.
Та смена прошла без эксцессов. И дальнейшие тоже.
Но я так и не полюбила лагерную жизнь.
Нет, там было очень много хорошего: обалденная природа, все эти запахи, звуки, лес… Мы часто ходили в лес с дедушкой, это была моя родная стихия. Наш лагерь был довольно бедный: утоптанные тропинки, грунтовая спортивная площадка, качели из покрышек. Никто никогда не стриг траву; то там, то тут торчали на полянках питьевые фонтанчики – труба с краником. Можно было брызгаться, зажимая отверстие пальцем, прыгая босиком по траве. За корпусами росла земляника, в траве в тихий час загорали вожатые. (Это основное, что примиряло меня с лагерем. Будь он побогаче, исчезло бы последнее очарование. Я осознавала, что тот конкретный лагерь был наилучшим для меня вариантом.)
В лагере очень вкусно кормили, весь день был в свободном доступе чёрный хлеб и чеснок, можно было брать любое количество и есть в любое время. Качели, обожаю качели. Нас водили на речку, устраивали праздники типа Дня Нептуна или Дня Берендея. По вечерам дискотека.
У нас ни разу не было плохих вожатых, злых, вредных.
У меня появились подруги, с которыми мы еще несколько лет общались вне лагеря.
НО
Я ненавижу жизнь за забором. С детского сада. Там, на улице, все живут обычной жизнью, а ты, как в подводной лодке. Из садика я убегала (успешно). Из лагеря уже хватало ума не бежать, от этого было ещё хуже.
Я ненавижу массовые мероприятия. (Спасибо лагерю: в итоге я научилась мастерски косить от участия.)
Я ненавижу организационно-ритуальные действа: отрядные линейки, общие линейки, собрания. Каждое утро, каждый вечер. Ты хочешь спать, а надо стоять тупую вечернюю линейку. Ты хочешь есть, а надо отстоять лагерную. Фу, блин.
Распорядок дня, который нельзя выбирать, дурацкая зарядка на улице, банный день раз в неделю, жизнь комнате на десяток человек, не своё постельное бельё… Ты хочешь просто читать весь день, а тебе «надо» на «Весёлые старты».
Короче, невзирая на всё, что мне нравилось в лагере, если бы можно было не ездить в него, я бы не ездила.
Родители приезжали по субботам. Весь лагерь сидел на заборе и ждал. Мы знали расписание утренних электричек, приходили ко времени.
Дедушка знал, что я скучаю, и приезжал ко мне среди недели.
А если бы «Артек»?..
Цивилизация, дисциплина, мероприятия – и никто не приедет ни в выходные, ни в будни. Очень-очень далеко от дома…
А есть прекрасные, умные, хорошие, одаренные дети, которые, к тому же, не испытывают особых неудобств от вышеуказанного, по своему желанию возвращаются в лагерь. Иногда мне жаль, что я не такая.