Это не первое сообщение о намерении Российской академии наук взять на себя функцию экспертизы учебников. Читаем новость, потом прокомментируем её.
Ученые имеют вопросы ко многим школьным учебникам — президент РАН
Содержание учебников не только по истории, но и по другим предметам вызывает вопросы и требует экспертизы, заявил президент Российской академии наук (РАН) Геннадий Красников 3 июня в интервью РБК.
«По многим учебникам есть вопросы, не только по историческим, которые очень быстро меняются, но и по техническим, и по другим специальностям», — заявил Красников.
Он отметил, что РАН намерена вернуть себе полномочия по экспертизе школьных учебников. Соответствующий законопроект уже подготовлен в Совете Федерации РФ.
Красников напомнил, что на РАН в принципе возложена экспертная функция. А поскольку в академии сосредоточены все направления науки, то следовало бы посмотреть все учебники на предмет того, как они соотносятся с современным пониманием науки.
Президент РАН подчеркнул, что академия готова комплексно оценить, могут ли школьники, характеризующиеся определенными возрастными особенностями, освоить тот или иной предмет в полном объеме. По его словам, другой такой организации, которая может выполнить такую задачу, нет.
Подробнее: https://rossaprimavera.ru/news/a46a8b51
Полностью соглашаясь с президентом РАН о необходимости возвращения РАН функции экспертизы учебников, возражу только в одном пункте. РАН может оценивать научность учебников, соответствие изложения «школьных наук» в учебниках представлениям базовых наук, оценивать логичность, полноту изложения материала и другие параметры, а вот вопросом оценки того, могут ли школьники освоить основы «школьных наук» с учётом их возрастных особенностей, должны заниматься другие специалисты, связанные с непосредственным преподаванием в школе.
На этот момент стоит обратить внимание, так как такая система рецензирования существовала до того момента, когда ради зарабатывания средств на рецензировании учебников министерство стало множить число используемых комплектов по каждому предмету. Естественно, что качество учебников упало, вот тогда РАН исключили из системы рецензирования учебников, прежнюю систему рецензирования просто упразднили, свели рецензирование к формальным ответам на вопросы вроде:
– Отвечает ли рецензируемый учебник программе по предмету?
– Соответствует ли он…
– Имеются ли в учебнике…
Вопросы такого рода с ответами «да» и «нет» я однажды читал при ознакомлении с рецензией на наш учебник в Издательстве «Просвещение».
Поскольку я к тому времени имел более 10 лет опыта работы в секции математики Федерального экспертного совета Министерства образования (сначала СССР, потом РФ), неоднократно писал многостраничные развёрнутые рецензии с оценкой концепции учебников, их соответствия российским традициям, с оценкой новизны, доступности изложения и с непременным списком замеченных опечаток, то ясно, что полтора листа с таблицей с упомянутыми вопросами и ответами на них лично для меня были убедительным доказательством того, что министерство сознательно снизило планку рецензирования, заменив его профанацией.
И теперь приведу один пример, показывающий, что только участие опытного учителя позволит определить доступность изложения материала в учебниках.
Наш главный автор серии из семи учебников математики для школы «МГУ-школе» член РАН С. М. Никольский от РАН был прикомандирован к Министерству образования СССР для экспертизы учебников математики.
Он остался так недоволен построением учебников математики того времени для школы, что кроме высказанных критических замечаний, которые могут быть не учтены, решил написать свои учебники, опирающиеся на традиции российских дореволюционных учебников А. П. Киселева, но развивающие и улучшающих их.
Царские учебники отличались линейным развитием материала, без ненужного концентризма, то есть возвращения к ранее изученному, а рецензируемые им тогда учебники придерживались идеи концентризма, которая и сейчас заложена как в программах по математике, так и в единых учебниках, которые тогда не нравились С.М. Никольскому.
Что такое идея концентризма? Учащиеся в 5 классе изучают натуральные числа, без теории делимости, признаков и свойств делимости наибольшего общего делителя и наименьшего общего кратного — этот материал переносился в 6 класс. Дальше они во втором полугодии переходят к изучению обыкновенных дробей — без основного свойства дроби и сокращения дробей, без приведения дробей к общему знаменателю, сравнивают, складывают и вычитают дроби только с общим знаменателем. То есть не обучаются сравнить, сложить и вычесть дроби 1/2 и 1/4 — эти вопросы переносились раньше в 6 класс. Потом умножают и делят дроби и, не завершив изучение обыкновенных дробей, переходят к неполному изучению десятичных дробей: сравнивают и вычисляют с десятичными дробями, но не умеют поделить 0,2 на 0,3, так как делить 2 на 3 и получать 2/3 они будут только в 6 классе. Сейчас в единых учебниках описанные недостатки немного исправлены, но концентризм остался, он заложен программой. Учащиеся, не имея иррациональных чисел, изучают числовые промежутки и соответствующие им обозначения, что является явным ляпом.
Вот этой путаницы Сергей Михайлович Никольский старался избежать, это и был его вклад, как академика, в развитие школьной математики — это только один пример. А в части обеспечения доступности материала мне удалось однажды «поправить» академика С.М. Никольского. В первой версии нашего ротапринтного учебника «Арифметика, 4 класс» — в старой нумерации классов — отрицательные числа впервые появлялись после того, как обнаружилось, что в множестве натуральных чисел из меньшего числа нельзя вычесть большее. Изучили всё, что надо знать про натуральные числа, а потом перед натуральным числом ставили знак «–» и изучали целые числа.
А рациональные числа в первой версии ротапринтных учебников, которые проходили апробацию в Черноголовке, рациональное число Сергей Михайлович определял так: это дробь, p/q, где p — целое число, а q — натуральное число. Помню мою беседу с Сергеем Михайловичем в автобусе в Черноголовку. Я сказал, что дети легче воспримут материал, если отрицательные рациональные числа определять как знакомые дроби, перед которыми поставили знак «–». Сергей Михайлович вечером того же дня позвонил мне и сказал, что полностью со мной согласен и уже в конкурсном варианте учебника (1987), в «Арифметике» («Наука», 1988, 400 000 экз.) был реализован подход, подсказанный опытным учителем.
Так что про возможность восприятия материала учебника учащимися надо вести разговор с участием опытных учителей.