Представляете, у кровельного покрытия Ондулин, торта Наполеон и гильотины больше общего, чем кажется на первый взгляд! Заинтригованы? Что же, в этом посте речь пойдет об интересном лингвокультурологическом явлении – эпонимии. Эпонимия – это явление, при котором какое-то имя собственное (эпоним) становится нарицательным для целого класса предметов.
Обратимся к нашим примерам. Возьмем, Ондулин. Многим из нас знаком этот волнистый кровельный материал, изготовленный из целлюлозы, битума, смол и пигмента. Но далеко не каждый знает, что изначально слово «Ондулин» обозначало не тип материала, а было названием конкретной французской компании, которая первой, еще в 1944 году, придумала это кровельное покрытие! (А собственно слово «Onduline» образовано от двух французских слов: «оndulé», что означает «волнистый» и «line» – «линия»). Благодаря отличным практическим свойствам новый кровельный материал был встречен послевоенной Европой с большим воодушевлением. Со временем и другие компании начали производить листы волнистого кровельного материала на основе целлюлозы и битума, но называть его ондулином не совсем корректно. Однако по прошествии почти 8 десятилетий после появления у компании «Onduline» того самого кровельного материала мы тем более не проявляем особой щепетильности и называем ондулином не конкретную продукцию конкретного производителя, а кровельный материал определенного типа.
Теперь черед торта Наполеон. По одной из версий этот десерт переосмыслили кондитеры из Российской империи, готовясь к торжественным мероприятиям по случаю празднования столетия победы над французской армией во главе с Наполеоном Бонапартом. Вот так сам того не ожидая, французский император спустя почти 100 лет после своей смерти переродился в торт стал эталонным примером эпонима.
Ну а что с гильотиной? Да все та же эпонимия! Подобное средство казни в широкий оборот было введено французским политическим деятелем Жозефом Гильотеном. (Вопреки распространенному мнению, он не был ее создателем, хотя был практикующим анатомом). В революционной Франции, когда представители «нового порядка» нещадно искореняли порядок старый, ежедневными массовыми казнями было никого не удивишь. Гильотен предложил использовать орудие, которое потом назовут в его честь, как наиболее гуманный способ казни. Вероятно, это тот случай, когда быть эпонимом совсем не хочется!