Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

А если подозрения подтвердятся, что вы будете делать?

Это вопрос, который в том или ином варианте звучит, когда мы обсуждаем высокие риски генетической патологии у плода либо серьезную аномалию развития. Конечно, спрашиваю я об этом отнюдь не из праздного любопытства. Зачастую, если родители будут сохранять беременность при любом раскладе, можно обойтись без рискованных инвазивных процедур во время беременности, а обследовать ребенка после рождения. Даже, когда подтверждается хромосомная патология либо порок развития с плохим для жизни прогнозом, некоторая часть семей по религиозным, этическим, психологическим и пр. соображениям продолжает сохранять беременность. Задача врачей в таких ситуациях, как и в целом при консультировании в медицине, состоит в том, чтобы подробно описать всю картину, перспективы, возможности коррекции, прогноз для жизни и ее качества, а также все возможные риски для ребенка и мамы. На этом все. Говорить: «Вам нужно прервать беременность!», а тем более настаивать на этом со словами: «родите еще, это еще не человек,

Это вопрос, который в том или ином варианте звучит, когда мы обсуждаем высокие риски генетической патологии у плода либо серьезную аномалию развития. Конечно, спрашиваю я об этом отнюдь не из праздного любопытства. Зачастую, если родители будут сохранять беременность при любом раскладе, можно обойтись без рискованных инвазивных процедур во время беременности, а обследовать ребенка после рождения. Даже, когда подтверждается хромосомная патология либо порок развития с плохим для жизни прогнозом, некоторая часть семей по религиозным, этическим, психологическим и пр. соображениям продолжает сохранять беременность. Задача врачей в таких ситуациях, как и в целом при консультировании в медицине, состоит в том, чтобы подробно описать всю картину, перспективы, возможности коррекции, прогноз для жизни и ее качества, а также все возможные риски для ребенка и мамы. На этом все. Говорить: «Вам нужно прервать беременность!», а тем более настаивать на этом со словами: «родите еще, это еще не человек, все забудется…» не допустимы.

Я получила письмо от своего коллеги, прекрасного доктора акушера-гинеколога: «….Я знаю, что Вы очень загружены, но хотела бы просто спросить о такой возможности: у меня есть пациентка, очень светлая, прекрасная. Ей 38 лет. Сыночку годик. Сейчас у нее беременность 20 недель, а у малыша подтвержденный синдром Дауна. Она верующий человек, настроена идти до конца, и даже имя придумала доченьке. Она хочет сделать максимум для здоровья малышки. Буду благодарна, если вы пригласите ее на осмотр…»

Мы встречались дважды – на втором и третьем скрининге. Девочка была прекрасна, отлично росла, и только маленькие находки в 30 недель «намекали» на то, что это особенный ребенок. Я сделала красивое фото – действительно редкий кадр, где ребенок улыбался. Мы много говорили о малыше, о том, как реагировали близкие. Старшее поколение сначала были категорически против сохранения такой беременности. Но родители не сдавались и проделали большую психологическую работу. В конце концов, в третьем триместре семья приняла эту не родившуюся еще малышку.

В Рождество 7 января малышка перестала шевелиться. В родильном доме сообщили, что сердце крохи больше не бьется. Роды прошли спокойно. Малышку с именем погребли в семейном захоронении. Несмотря на слезы и боль, мама сохранила светлые воспоминания об этих 33 неделях и этих родах, что не доставили никакого физического страдания. Этот неродившийся малыш сплотил семью, сплотил несколько поколений людей, которые сначала отрицая, а потом с замиранием сердца ожидая появления на свет крохи, прошли этот путь.