В два часа пополудни, наш герой вышел из парадной и цепкой кошачьей походкой направился к ближайшей остановке общественного транспорта. До отправления поезда в Москву оставался ровно час. Снег тихо поскрипывал и хрустел под ногами. В голове слегка шумело после вчерашней встречи с друзьями…
Привычным движением руки достал наушники из нагрудного кармана. На автомате вставил каждый в нужное ухо. Мороз неприятно кусал за руки и щипал усталое лицо. Слегка непослушными от холода пальцами машинально прочертил знакомую комбинацию линий на тёмном стекле телефона и нажал «кнопку» play. «Тёплое место, но улицы ждут отпечатков наших ног» — запел с детства знакомый голос.
Он шёл к остановке, не замечая ничего вокруг из-за тумана в голове. «Мера, — некстати осознал наш герой, — во всём должна быть мера». Но судя по тупой головной боли, меру вчера не чувствовали ни пальцы, натëртые до мозолей гитарными струнами. Ни окончательно севший голос, ни желудок, с лёгким дискомфортом от количества выпитого накануне красного вина…
На остановке буквально в последнюю секунду заскочил в уходящий автобус. В салоне было тепло и даже просторно. Плюхнувшись на свободное сиденье, моментально провалился в тяжёлый сон.
Неприятный толчок в плечо выдернул из уютных объятий Морфея. Резко выпрямившись и открыв глаза, он увидел перед собой неприятное женское лицо с крупной бородавкой на щеке и торчащими из неё волосками. Судя по мимике , напоминающей квакающую лягушку, и двигающемуся рту, дама говорила что-то недоброе. «Вот же жаба», подумал он, вытаскивая один наушник и пытаясь понять причину вторжения в личное пространство.
— Проезд оплачиваем, прикидываются тут спящими, обнаглели, щас как высажу из автобуса!
Слова вонзались в не отдохнувший мозг острыми иголками.
— Извините, — процедил он сквозь зубы не глядя на кондуктора, небрежно приложил карту к протянутому терминалу и заторопился на выход. Автобус подъезжал к нужной остановке.
Здание вокзала привычно обволокло ароматом железной дороги, свежей выпечки, немытых тел, подгоревшего кофе и несбывшихся надежд. Мельком взглянув на часы, осознал что до отправления поезда осталось 10 минут. Бегом проскочив здание вокзала и вылетел на перрон. Приближаясь к поезду почувствовал, что ноги несут тело к вагонам. Некогда белый, а теперь уже изрядно потемневший снег успел превратиться в серый лёд, и платформа в нескольких местах стала похожей на каток. Пару раз чертыхнувшись и проявив невероятные чудеса эквилибристики и акробатики, добрался до вагона.
Достал из внутреннего кармана куртки паспорт, билет и припрятанное до времени благодушное выражение лица. Из бокового кармана извлёк пачку сигарет и поздоровался с проводницами. Пока одна сверяла данные паспорта со списком пассажиров, жадно закурил. Девушка подняла голову от бумаг, кашлянула, выразительно посмотрев на сигарету и неодобрительно покачала головой. Затем вернула паспорт и озвучила номер купе и места.
Отойдя в сторону, он мгновенно, буквально за две-три затяжки добил сигарету и метким щелчком отправил бычок под колёса вагона. Бежать до урны не было ни сил, ни желания.
Зайдя в купе и усевшись на место, резко выдохнул, потянулся и вытянул ноги. Затем поднял бегунок громкости на телефоне вверх. Неожиданно яркое солнце осветило его усталое лицо, купе, вагон, поезд, удаляющуюся платформу и предстоящий путь.
Тепло от предвкушения долгожданной встречи разлилось по телу, расслабило плечи, растянуло губы в широкой улыбке. «И есть ещё белые, белые дни, белые горы и белый лёд, но всё что мне нужно это несколько слов и место для шага вперёд...» Ставший за годы уже родным голос музыканта, приятно убаюкивал. Прежде чем окончательно раствориться во сне, в голове мелькнула мысль: «успел».