Не любила никогда ходить по магазинам, покупать одежду-обувь.
В 70-е этот процесс был нелегким, приходилось тратить на это мероприятие много времени и сил, поэтому меня тащили за покупками, только когда совсем подопрет — обувь мала, а без примерки не угадать.
Наступила зима, достали с антресолей валенки — впритык — поехали в Детский Мир на Лубянке ("в Греции все есть"). Вошли через высокие тяжелые двери магазина и оказались в огромном зале со множеством стеллажей, на которых красовались всевозможные игрушки: куклы, мягкие игрушки, машинки, лошадки. Меня сдавливали со всех сторон, наступали на ноги, шум-гам-нытье заполоняло все вокруг. Периодически раздавалось объявление, типа:
— Найден мальчик: клетчатая рубашка, синие штаны, валенки с калошами. Находится в детской комнате на ...
"Наверное, в этой комнате сидят себе дети и играют в игрушки, которые здесь продаются", — подумала я, но решила все же не теряться — вдруг там не кормят, да и игрушек на всех может не хватить.
Раздался звук колокольчиков и приятная музыка. Все сразу притихли и подняли глаза на стену к часам-избушке, на которых солнышко ожило, открыло глаза и стало смотреть влево-вправо. Под крышей открылись дверцы и выглянули птички. Из избушки стали медленно выезжать 12 деревянных фигурок музыкантов. Волшебное действие захватило меня и я уже ничего вокруг не видела, только стояла, открыв рот. А куколки поиграли-поплясали и медленно "заплыли" обратно в свой домик. Чудеса! Это не все! В центре зала, на постаменте, доктор Айболит наливал микстуру из банки в ложку и давал ее открывающему рот бегемотику. Тут же обезьянки без устали поднимались-спускались по пальмам. Да, стояла бы так и смотрела на часы, на лечащего зверей Айболита и никуда бы не ходила...
— Все, идем. А то так ничего и не купим, — меня потянули за руку на второй этаж. Протолкались к отделу, где продавали обувь. Было тесно, душно. Все напоминало зал ожидания железнодорожного вокзала: малыши лежали и сидели на каких-то узлах, на полу или торцах перегородок. С меня постепенно сняли шапку, кофту, рейтузы. Очередь к прилавку, казалось, почти не двигалась. Через несколько часов все же меня водрузили на вращающийся кожаный стульчик:
— Какие сапожки будем мерить?
— Эти, красные! — показала на войлочные, с белой в пятнышко меховой вставкой.
— Холодные будут, — с сомнением сказали мне. Но я нисколечко не сомневалась — нужны только такие. Как у Герды из "Снежной королевы".
Подошли потом к стойке кассы, где на стеклянных стенках был написан список отделов, которые она обслуживает, протянули выписанный квиточек — кассир простучала по клавишам и оторвала выехавший кусочек бумажной ленты.
— Возьмите чек. Следующий!
Опять к обувному, только теперь в очереди не стояли, протянули чек тетеньке в синем халате. Та отыскала нужную коробку, открыла, достала мои сапожки, соединила их подошвами, потом обратно положила их в коробку и быстро обвязала шпагатом. Затем вручила мне покупку.
Усталые, спускаемся по лестнице вниз. И тут как раз вынесли мороженное в вафельных стаканчиках: ванильное и шоколадное. Мы встаем в очередь и я размышляю: "Белое взять или коричневое?" Подошли к лотку и оказалось, что можно было не ломать голову — осталось только белое. И вот я лижу рыхлый с пластинками льда шарик пломбира, заедаю хрустящей вафлей... Остановись, мгновение, ты прекрасно! Таят вместе с кусочками лакомства воспоминания от стояния в очереди, уже так не болят неоднократно отдавленные в толкучке ноги. Остается только яблочный джем дне стаканчика.
А в сапожках ноги все-таки мерзли. Почти сразу, как только выходила гулять. Но я не признавалась и терпела. Ведь красота требует жертв!
21.05.2024