Миф, что Россия всегда была сильно пьющей страной установился прочно. Мол во все времена и все века русский человек напивался до безобразия, а пьянство есть национальная черта. Но в реальности страна оставалась на удивление трезвеннической, здесь пили меньше всех в Европе. А действия государства заставить пить больше ради доходов в казну привели в середине XIX века к мощному антиалкогольному бунту по всей стране.
На протяжении веков пьянство на Руси не поощрялось и осуждалось общественным мнением. Еще во времена Ивана Грозного иностранные путешественники отмечали, что горячительные напитки тут пьют исключительно по праздникам. А простой люд – по очень большим праздникам.
Более того, крестьянам государство запрещало употреблять алкоголь, кроме вот тех больших событий – Рождество, Пасха, Троица. Да они и не стремились, не было у народа такой непреодолимой потребности. Но именно тот же Иван Грозный изменил ситуацию.
Он ввел кабаки. Дело в том, что Россия на тот момент была крайне скудна ресурсами. Ну ничего здесь не было! Ни одного полезного и нужного для той эпохи ископаемого. Все серебро импортировалось и возникали трудности с чеканкой денег.
Железная руда? Только скудная болотная. Соль и ту надо было вываривать. Только лес и пенька, ну так даже сами торговать мы ими не могли – выхода к морю не было. Потому тогда с англичанами и сдружились, дав им заметные привилегии и чем те нагло воспользовались.
А реформы и многочисленные войны Грозного требовали огромных денег. Вот и были введены питейные заведения – кабаки. Продажа алкоголя в них стала важным источником пополнения казны.
Но продавали его так называемые откупщики, которые вносили в казну деньги сразу за определенное количество водки, которую собирались реализовать. Государству это было выгодно, деньги получало заранее. Пьянство с этого момента стали поощрять. И такая ситуация оставалась вплоть до XIX века.
К его середине в стране действовало 146 откупщиков. Они вносили в казну ожидаемую государством прибыль, а сами получали право собирать налоги с производителей и непосредственных продавцов алкоголя. То есть вся наценка уходила им.
Чтобы гарантировать себе сверхдоходы каждый простолюдин с помощью власти был прикреплен к определенному кабаку. Он был обязан в течение года выпить определенное количество водки. Если норму кто-то недобирал, то упущенную сумму собирали со всех остальных, прикрепленных к этому питейному заведению. А виновника секли кнутом.
Жадность откупщиков все время росла, а в 1858 году она достигла запредельного уровня. Они подняли отпускную цену водки с 3 рублей за ведро сразу до 10 рублей. То есть более чем в три раза.
А далее любопытный момент. Крестьяне относились к обязанности покупать водку как к очередной повинности. Ну вроде барщины или оброку. Покупали, но по факту мало кто пил, продолжая трезвую традицию предков. Резкое увеличение цены возмутило их не тем, что пить стало дороже, а своей наглостью. Они совершенно не желали набивать карман откупщиков.
Мужики начали бойкотировать кабаки. Поддержали их в этом и низовые церковные священники, хотя Синод выпустил циркуляр рекомендовавший не обличать пьянство. Целые дворы, а потом и деревни начали объявлять себя свободными от алкоголя. Соседние селения стали объединяться в общества трезвости. Движение стало массовым от Ковенской (ныне Каунас) губернии до Поволжья, особенно сильным оно было в Саратовской губернии.
Откупщики испугались и начали сильно снижать цену. Многие кабаки и вовсе, чтобы втянуть начали предлагать водку бесплатно. Но все было бестолку – алкоголиков-то оказалось мало. К тому же общины, объявившие трезвость, таких штрафовали и секли розгами всем миром.
Это была катастрофа! Бессовестные откупщики оказались наказаны по полной. Но и государство лишилось дохода, на который рассчитывало. Поэтому, когда от откупщиков, виноделов и владельцев кабаков поступила жалоба на русский народ, то встало на их сторону.
В марте 1859 года министерства государственного имущества, внутренних дел и финансов выпустили постановление, которое запрещало общества трезвости. Судам рекомендовалось вердиктов, которые бы поощряли воздержание от употребления алкоголя не выносить, а все уже принятые решения отменить.
У государства авторитет в то время был огромный. Но население это решение проигнорировало, что стало полной неожиданностью для чиновников, привыкших к беспрекословной покорности. Более того, попытки заставить вызвали бунты.
Вначале стали восставать общины западных губерний, Белоруссии, а потом они распространились на всю Центральную Россию и Поволжье. Более того, к ним присоединились молчавшие до того Приуралье и Сибирь. Заметим, интернета и соцсетей для объединения тогда не было.
Особенно острой ситуация оказалась в Саратовской губернии. Там в Аткарском, Хвалынском и Балашовском уездах разгромили спиртзаводы и кабаки. В Вольске толпа в три тысячи человек снесла винную ярмарку.
24 июня 1859 года на помощь местной немногочисленной полиции в Вольск направили силы правопорядка из соседних уездов, отряд отставных солдат и военнослужащих 17-й артиллерийской бригады. Но их прогнали.
То есть начался полноценный бунт, который государство терпеть не могло, каковы бы и насколько справедливыми не были первопричины. Из Саратова были направлены регулярные войска, которым дали право открывать огонь на поражение. Бунт подавили. Но антиалкогольные выступления по стране продолжались вплоть до 1860 года.
Всего за 1858-1860 годы по стране было разгромлено 260 питейных заведений, в основном в Поволжье – там 219. 11 тысяч человек арестовано, суды выносили самые жесткие приговоры. А 780 человек были переданы военно-полевому суду, где наказания самые суровые. Их высекли шпицрутенами и отправили на каторгу.
Об этом антиалкогольном бунте не любили вспоминать ни власти, ни радетели «русских традиций». Поскольку его подоплека и обстоятельства возникновения не красили государство. Да и миф о вечно пьющей России разрушали напрочь.
Но эффект в свое время взвали огромный. Новый император Александр II отменил систему откупщиков и заменил ее на акцизы. В принципе, это тоже самое, но уже без посредника. Историки считают, что «Трезвеннические бунты» заставили правительство поспешить с крестьянской реформой и отменой крепостного права, которое произойдет уже через год.