Они были так уверены в своем конечном успехе, что подумывали о том, чтобы объявить войну Советскому Союзу.
Едва ли не накануне всем известного разгрома Франции в мае-июне 1940 года, британские и французские военные собирались атаковать советские территории (ключевые французские политики, такие как Эдуар Даладье, в этом стремлении обгоняли военных).
С одной стороны, предполагалось открыто помочь финнам вооруженными силами, с другой — «подрезать» советскую нефтяную промышленность (путем бомбежек).
Об этих планах мы ещё поговорим подробнее, это действительно очень интересно. Но пока что нужно «зафиксировать» основное:
1. Англо-французы были так уверены в своих силах, что рассуждали не только о потенциальном разгроме Германии, но и об ослаблении СССР.
2. Почему-то наступать на немцев англо-французы не шибко стремились, а вот для потенциальных операций против СССР у них сил хватало.
«Собственные предложения Дарлана были следующими: во-первых, «наступать там, где мы можем (Финляндия, Кавказ, Черное море)», и во-вторых, «первыми объявить войну СССР».
Гамелен отправил Даладье записку Гарлана без комментариев, — это означало, что он не стал бы активно возражать, если бы Даладье последовал совету Дарлана.
Более того, сам Гамелен предложил план, по которому экспедиционный корпус союзников высаживается в Петсамо на крайнем северо-востоке Финляндии и двинется оттуда к югу...
...казалось, что Великобритания была готова обеспечить большую часть войск и транспорта. Кадоган писал после заседания: «Все согласны и веселы, как новобрачные...» (с) Эрнст Р. Мэй. Странная победа.
Реально союзники собирались снять часть сил с противо-немецкого фронта, после чего... использовать их против СССР. Ну ведь нужно быть очень уверенным в себе, чтобы допускать подобные решения.
Но не срослось, по целому ряду причин: и французы с англичанами нормально не договорились (ох уж эта коалиционная война, где каждый норовит объегорить «брата по оружию»), и с Финляндией СССР оперативно помирился, и... потом вообще стало не до таких идей.
Но авиационные атаки на советские нефтяные месторождения серьезно обсуждались вплоть до второй половины апреля 1940 года.
Разумеется, при таком подходе нужно признать: англо-французы были уверены в том, что им удастся сокрушить Германию, причем — «малой кровью» и в относительно короткие сроки.
Упомянутый генерал Гамелен вообще мечтал о «весне 1940 года». Как я уже писал, французская разведка полагала, что в Третьем Рейхе может произойти «антигитлеровский переворот».
А какие ещё были аргументы у англо-французов, помимо «надежды на переворот»?
Прежде всего, англичане с французами хотели повторить Первую мировую, но с более «щадящими» для самих себя условиями. Мол, организуем немцам блокаду, ресурсов у них не хватит, после чего они и вынуждены будут прекратить сопротивление.
Определенные основания для таких планов были: военно-морское превосходство англо-французов над Германией было подавляющим.
Линия Мажино всё ещё считалась «неприступной», а события в Финляндии, казалось, подтверждали способность таких линий (а Линия Маннергейма была куда слабее) доставлять неприятности.
Ещё один аргумент в пользу упомянутой самоуверенности — расчет на помощь США. Опять же, всё по лекалам Первой мировой: если уж будет совсем туго, через два-три года приплывут американцы и помогут... по крайней мере, ожидали от янки поставок снаряжения.
Не было у англо-французов под рукой другого «лекала Первой мировой»: Восточного фронта, который мог бы оттягивать на себя годами до половины сил противника. Но... Польша в такой роли объективно выступать не могла (вернее, должна была, но все на западе ожидали, что поляки продержатся дольше... пока англо-французы будут «потихоньку готовиться»), а с Советским Союзом договориться не удалось. Так что ожидали поддержки со стороны американцев.
Всё это вместе, казалось, делало исход войны предрешенным, потому и к активным наступательным действиям против Германии англо-французы не стремились. Зачем напрасно губить людей, если всё и так уже предрешено, если противника удастся положить на обе лопатки «без шума и пыли»?
Конечно, нынче такой подход может показаться «наивным самообманом», по факту это он и был... но подавляющее большинство современников, в том числе — на самых важных постах... видело ситуацию иначе:
«Почти всё руководство как Франции, так и Великобритании было уверено, что Германия не сможет вести длительную войну. Считалось, что ей уже недостает железной руды, нефти и других важных ресурсов.
Союзники верили, что блокада уморит немцев голодом, как это уже случилось в Первую мировую войну. Эта вера поддерживалась и ожиданием материальной помощи со стороны США
...главным предметом обсуждений была война экономическая... в среднем... отводили обсуждению проблем экономической войны в четыре раза больше времени, нежели изучению ситуации на сухопутном фронте...» (с) Эрнст Р. Мэй. Странная победа.
Можно сказать, что англо-французы видели немцев в образе «загнанного в угол зверя», который ещё какое-то время поогрызается, а потом тихо «околеет». Либо даже... станет «ручным зверьком», с новым-то руководством.
Но ведь загоняемые в угол звери бывают крайне опасны...
Пока англо-французы думали об экономических аспектах войны, немцы раз за разом перекраивали планы наступления и переносили сроки операции.
Пока союзники находились во многом в расслабленном состоянии (тот же Гамелен полагал, что раз немцы не пошли на приступ сразу после разгрома Польши — значит уже и не решатся на такой шаг), немцы готовились к решающему удару.
С вами вел беседу Темный историк, подписывайтесь на канал, ставьте лайки, смотрите старые публикации (это очень важно для меня, правда) и вступайте в мое сообщество в соцсети Вконтакте, смотрите видео на моем You Tube канале. Недавно я завел телеграм-канал, тоже приглашаю всех!