Гибель Ибрахима Раиси. Власти Ирана выясняют, что произошло: была ли это трагическая случайность или политическое убийство? Эксперты задаются вопросом: кому выгодна смерть иранского президента? Что будет дальше? Ваше мнение, Сергей Александрович.
Сергей Михеев: Начнем с соболезнований иранскому народу. У нас с Ираном в последние годы складывались неплохие отношения. История отношений между Россией и Ираном богатая, хотя в прошлом и противоречивая, но на сегодняшний день мы смотрим в одну сторону по многим вопросам, и для нас это важно. У меня есть знакомые иранцы, я бывал в Иране, а не так давно был на приеме в посольстве Ирана по поводу юбилея Исламской революции.
Что касается гибели президента Ирана. Это событие тяжелое для политической ситуации, но давайте обговорим несколько пунктов. Первое: президент Ирана не является верховным руководителем. Система в Иране несколько иная, чем в России и во многих других странах мира. Верховными руководителями являются священнослужители. Али Хаменеи (рахбар), духовный лидер Ирана, - главнокомандующий; он же осуществляет много других прямых государственных полномочий. А президент - это обычно избранный человек, но выполняющий роль премьер-министра, то есть председателя правительства. Там особенная система, которая не идентична ни нашей, ни европейской, ни американской, поэтому гибель президента не оставила Иран без руководства. Это важно понимать. Сейчас по закону пост временно занимает вице-президент. Верховное лидерство в Иране осуществлялось не президентом, хотя эта фигура очень значима. Раиси был известен как человек, традиционалистски настроенный и занимающий жесткую антиамериканскую линию.
Второе: пока расследование не будет закончено, нам трудно что-то сказать. На видео, которые показывают, видно, что там сплошной туман, плюс горная местность, и ясно, что там могло случиться всё что угодно. Хотя два вертолета сопровождения все-таки смогли добраться до Тегерана, что вызывает вопросы.
Третье: кому это может быть выгодно? В первую очередь, врагам Ирана - это США, Израиль, их союзники - страны НАТО (может быть в меньшей степени, но тем не менее). ЕС вроде как выразил соболезнования, но они «такие себе». Может ли оказаться так, что там есть какой-то след? К сожалению, может. После покушения на Фицо, после обострения ситуации на Ближнем Востоке можно предположить, что Израиль, его союзники, Штаты перешли к политике персонального террора и устранения конкретных лидеров тех стран, которые им не угодны. Хотя в случае с Ираном повторю, что это иранской проблемы не решает. Например, смерть Фицо в Словакии (надеюсь, что он выживет) могла бы серьезно изменить политическую ситуацию, а здесь, при всей трагичности, гибель иранского президента радикально положение в стране не изменит.
Внутри Ирана есть разные течения (более и менее жестко настроенные люди), но, в целом, стратегический курс Ирана - внешнеполитический и внутриполитический - остается относительно неизменным. Поэтому гибель президента вряд ли приведет к радикальной смене курса, а если выяснятся подробности и станет ясно, что это было политическое убийство, тогда еще более жесткая позиция Ирана обеспечена. Если это будет так, то можно считать, что кто-то пытается спровоцировать Иран на жесткий ответ, на начало большой крупномасштабной войны. Пока не ясно - условия полета были, действительно, очень сложные.
По поводу жесткого ответа Ирана пишет газета New York Times, что гибель Раиси произошла в «деликатный момент для международных отношений», и случилось это через несколько дней после того, как американские и иранские официальные лица провели переговоры через посредников, чтобы попытаться снизить угрозу более широкого конфликта на Ближнем Востоке. То есть пытались договориться, и, возможно, кто-то помешал, вмешался в переговорный процесс. Газета отводит подозрения от американцев - остаются израильтяне.
Сергей Михеев: Первое: New York Times всегда будет отводить подозрения от американцев. Второе: свалить всё на Израиль - это милое дело! Мы видели, как развивается кризис с сектором Газа, и видим хитрую позицию американцев: «Если что, виноват во всём Нетаньяху, но мы всё время с Израилем, постоянно ему помогаем и будем помогать». Я думаю, что их позиция везде примерно одинаковая: «Если что-то не получается, мы быстро находим «стрелочника», но при этом продолжаем реализовывать собственную политику; а если всё получается, то мы молодцы». Ничего нового здесь нет. Если что-то произошло, тогда «косяк» только на Израиль, потому что ему невыгодно было бы смягчение отношений между Ираном и США, так как поддержка американцев в этой ситуации на Ближнем Востоке и в антииранской политике Израиля для последнего является жизненно необходимой. Без американской поддержки Израиль в одиночку эту ситуацию не вытянет.
Если, по Вашим словам, США и Израиль объявили персональный террор и готовы убивать лидера де-факто ядерной державы (то есть Ирана), то на каком этапе глобального конфликта мы сейчас находимся?
Сергей Михеев: Я думаю, что они давно готовы поубивать всех лидеров, какие им не нравятся, если бы могли это сделать. Там, где они могут это воплощать в жизнь, они и будут это делать. Не думаю, что здесь что-то глобально изменилось. Например, Фидель Кастро на Кубе перенес огромное количество покушений – у них просто не получилось его убить по тем или иным причинам. Они убивали лидеров Латинской Америки: из советского прошлого в голове Сальвадор Альенде из Чили. Для американцев важно только одно - будут для них негативные последствия или не будут; если не будут (в нынешнем современном мире дотянуться до Америки сложно, точнее - политической воли не хватает), то они готовы убивать кого угодно, а на кого спихнуть всегда найдут.
Показательный случай с Фицо. Ясно, что расследование не закончено, но уже заявляют: «какой-то психопат - это его личная неприязнь; оппозиция и американцы ни при чем и никто ни при чем». Или возьмите трубопроводы «Северный поток - 2». Кто взорвал? «Неизвестно - мы ничего не знаем и не понимаем». Я думаю, что если бы они могли, то давно бы убили и лидера Северной Кореи, и Венесуэльского лидера, и нашего президента с удовольствием отстранили бы от власти, китайских лидеров тоже. Просто это не так легко сделать.
Судя по последним медицинским сводкам, состояние Фицо стабильное. Интересное заявление сделал министр внутренних дел и администрации Польши, координатор спецслужб Томаш Семоняк: «Гипотеза словацких спецслужб о зарубежном следе в покушении на премьер-министра страны Роберта Фицо вполне естественна. Но пока внешний след не просматривается». Еще более интересная реакция европейских чиновников в Брюсселе. Газета The Financial Times пишет, что некоторые чиновники из Евросоюза высказывают опасения, что глава правительства Фицо после покушения на его жизнь может «стать ещё более разрушительной силой внутри НАТО». То есть будет, как Орбан. Такое ощущение, что еврочиновники сожалеют, что Фицо выжил.
Сергей Михеев: Однозначно, но они правы в том, что Фицо становится героем. Вынуждены об этом говорить даже те, кто может быть не очень его любили. Они говорят: «За что стреляли в Фицо?» За то, что он был оппозиционером внутри западного сообщества; позволял себе свободу мысли; говорил то, что думает, а не то, что ему предписывалось говорить из Брюсселя или Вашингтона». Таких людей автоматически начинают уважать. А он еще и кровь пролил за это - и ему определенный небольшой «культик личности» обеспечен. Поэтому он должен был или погибнуть, или сейчас он будет набирать популярность.
Как Фицо себя поведет? Испугало ли его это? Сломало ли его покушение? Трудно сказать, но вряд ли он радикально пересмотрит свои взгляды. Может быть он будет еще более жестче, потому что человек был на грани жизни и смерти. Что ему терять? Поэтому европейским «плакальщикам» по поводу того, что Фицо не убили, надо о другом подумать: как вообще появился Фицо? Как появился Орбан? Это «происки Кремля» или ошибки самого Евросоюза? Может быть в ЕС появилось столько проблем, что не замечать их стало невозможно? Может быть ЕС и коллективное западное сообщество превращаются в тоталитарную систему, в которой любые альтернативные взгляды вызывают бешеное недовольство истеблишмента? Для того, чтобы сделать вывод, надо быть мудрыми политиками, а мудрых политиков там, к сожалению, не наблюдается.