Новелла.
От Ростова-на-Дону до Москвы пассажирским поездом чуть больше суток. Пустяки. К тому же в купе собралась вполне приятная компания: дама под 65 с высокой прической советской учительницы, студентка, паренёк лет 26-ти и я. Познакомились, попили чайку, молодежь забралась на верхние полки и уткнулась в гаджеты. Надежда Михайловна достала роман Драйзера, а я принялась за вязание шарфика, поругивая себя за то, что взяла в дорогу чёрную пряжу. Чтобы не напрягать глаза, выбрала простенький узор, и мои мысли унеслись далеко-далеко.
Время от времени кто-нибудь из нас выглядывал в окно и вспугивал тишину короткими фразами:
– Вот Лихую проехали…
– Россошь проехали…
Вечером прибыли в Воронеж. И тут…
– Где-то в этом городе живёт человек, которого я люблю, – с интонацией Татьяны Дорониной сообщила Надежда Михайловна.
Дремотный покой словно испарился.
Студентка почему-то зыркнула на радиоприёмник. Видимо, ей, как и мне, показалось, что неожиданно начали трансляцию «театра у микрофона». Паренек сгрёб свои провода и, изрядно смутившись, сиганул из купе в коридор.
И поскольку отдуваться за всю мировую психотерапию выпало мне, я отложила в сторону свой бесконечный «шарф Мартиши Аддамс» и стала вглядываться в тёмное окно, чтобы немного выгадать время. Не могла решить, с чего начать этот душеспасительный разговор. Фраза «Вы хотите поговорить об этом?», равно как и «Вот и Воронеж проехали», для этого натянутого момента явно не подходила.
Угодливо вздохнув, выбрала самое душевное, что пришло в голову:
- Давно это было?
- Три месяца назад.
- Как? – вскрикнула я.
Рассчитывала услышать коротенькую новеллу 40-летней давности, без слёз и вздохов. А тут, на тебе – рваная рана, да ещё где? На душе у сентиментальной тётеньки! Я немного опешила, но всё же приготовилась выслушать странный пассаж про пенсионерские амуры.
Но то, что начала рассказывать Надежда Михайловна, было чем-то похоже на арбузовскую «Старомодную комедию», только в декорациях ХХI века.
Началось с того, что бывшая учительница математики создала страницу в социальной сети. Написала реальные имя, фамилию, отчество, год рождения – в расчёте на то, что бывшие ученики и коллеги отыщут её, а вот на аватарку свою фотографию ставить не стала, загрузила снимок любимой кошечки. Через неделю пришло предложение дружбы от некого Сергея Николаевича. И почти следом сообщение: «Наденька, дорогая, наконец-то я нашёл тебя. Мы не виделись с тобой со студенческих лет, с наших последних московских каникул… Работал инженером-конструктором. Сейчас, конечно же, на пенсии, живу в своём доме, в Воронеже. Был женат, двое детей, три года назад овдовел. Несмотря на то, что дороги наши разошлись, помнил о тебе всегда. А сейчас вот решил разыскать. Друзья подсказали поискать в интернете. И вот ведь - удача!»
Надежда Михайловна сразу же ответила, что Вы, мол, Сергей Николаевич, ошиблись: в Москве не училась, живу почти безвыездно на Дону. И пожелала удачи в поисках её полной тёзки – «настоящей» Наденьки.
Он высказал сожаление, поблагодарил. И так – слово за слово… Через неделю 65-летний конструктор уже воодушевленно бегал с сотовым телефоном по приусадебному участку, демонстрируя Надежде Михайловне все залюбленные местечки уютного сада. Она же в свою очередь подсовывала к веб-камере мордочки своих питомцев – пушистой кошечки и маленькой тощей собачки. Когда по вечерам в мессенджере раздавалась трель звонка, Надежда Михайловна бежала в прихожую красить губы и поправлять причёску. При этом, обращаясь к смартфону, приговаривала:
- Иду-иду, Сергей Николаевич!
И до «петухов» – он о своих взрослых детях, она – о дочери, о разводе ещё по молодости, о студенческих годах, о любимых книгах и музыке. Не могли наговориться. Душа в душу прожили «вместе» два месяца, пока не пришло короткое сообщение: «Спасибо, Надежда Михайловна, что скрасили долгие поиски моей Наденьки. Представляете, нашел! Сегодня встретимся впервые за долгие годы. Вы прекрасный человек. Желаю Вам счастья».
Неделю ей не хватало воздуха, таким тяжелым оказался контраст между этими, необычно теплыми, трепетными двумя месяцами жизни и теперешней её терпкой печалью.
– Каждое утро – к компьютеру, к телефону, ничего не пишу, просто проверяю – вдруг сам написал, вдруг не сложилось у них что-то, – вот так негромко, под стук колес, рассказывала Надежда Михайловна о своем виртуальном романе. – Понимаю головой, что вроде бы ничего не произошло, глупости, надумала под старость лет невесть что... Или просто выросли крылья. Они-то и мешают втиснуться обратно в моё привычное замкнутое жизненное пространство.
И вот так, с каждой минутой, из почти водевильного сюжета – пенсионерка завела виртуальный роман в интернете, проявлялась какая-то большая тютчевская история о последней любви.
«Блаженство, и безнадежность». Точнее разве скажешь?
СПАСИБО! ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ НА МОЙ КАНАЛ!