В начале 20 века биологическая наука была на таком подъеме, что ученые во всем мире, сильно поверив в себя, занялись проведением самых немыслимых опытов. Многие из них теперь запрещены.
Евгеника – это научное направление того времени, целью которого было улучшение человеческой природы. Евгеникой в начале 20 века занимались и в Америке, и в Европе, в том числе – в СССР.
Один из биологов, работавших над евгеническими проектами в советской России, был Илья Иванович Иванов, уроженец городка Щигры в Курской области, получивший университетское образование в Санкт-Петербурге, работавший в зарубежных лабораториях Женевы и Парижа. В 20-х годах, во времена НЭПа, когда в экономике царила частная инициатива, Иванов основал собственную биологическую лабораторию в Сухуми.
Первые его работы по искусственному осеменению лошадей увенчались успехом. Он добился выдающихся результатов: при использовании биологического материала всего лишь одного жеребца оплодотворял целое стадо в полторы тысячи кобыл. Это имело огромное значение для животноводства.
Воодушевленные новыми перспективами конезаводчики всеми мира стали пользоваться услугами лаборатории для выведения новых пород лошадей. Но Илья Иванович пошел дальше, занявшись еще и межвидовыми скрещиваниями. Благодаря его трудам мир увидел такие гибриды как зеброид (помесь зебры и осла), зуброн (помесь бизона и коровы), смесь коровы и антилопы, кролика и зайца, мыши и крысы и других.
Илья Иванов стал большим авторитетов в своей области науки.
В конце 20-х годов он привез в Сухуми из Африки несколько особей человекообразных обезьян и… попытался создать гибрид человека и обезьяны, оплодотворив несколько самок приматов человеческим биоматериалом.
Сейчас эта идея может показаться не только дикой, но и бессмысленной. Но в те годы воинственного материализма она, напротив, представлялась очень важной и ценной. Считалось, что подобные эксперименты помогут выявить механизм возникновения разума, добыть новые доказательства для утверждения материалистической теории происхождения видов Дарвина.
Поэтому Общество биологов-материалистов в СССР эти опыты одобрило. Но из попыток оплодотворения обезьян мужской спермой ничего не вышло. Тогда Иванов задумал провести обратный эксперимент. К счастью, на этот момент его Сухумская лаборатория лишилась такой возможности: умер единственный самец-орангутан. Для опытов нужна была новая партия животных, но их получить уже не удалось. НЭП свернули в конце 20-х годов, начались знаменитые «сталинские чистки», и всех частников-капиталистов принялись активно выявлять, разгонять и сажать.
Между тем в Европе и в США евгенические опыты продолжали идти полным ходом.
Так, во Франции хирург российского происхождения Серж Воронов (Сергей Абрамович Воронов), пионер ксенотранспланталогии, разработал метод прививки тканей яичек обезьян человеку с целью лечения импотенции и омоложения. Если вы сейчас вспомнили профессора Преображенского из «Собачьего сердца» Булгакова, то это – правильная ассоциация.
Именно Серж Воронов с его экспериментами стал прообразом Филиппа Филипповича, проводившего омоложения путем таких пересадок органов.
В США точно такие операции выполнял хирург Джон Р. Бринкли, но он использовал в своих работах козлов, а не шимпанзе и бабуинов, как Воронов.
Между прочим, эти биологические эксперименты вдохновили на творчество не одного Булгакова. Владимир Маяковский под впечатлением от работ ученых написал пьесу «Клоп», где замороженный при капитализме герой приходит в сознание спустя 50 лет – уже при коммунизме. И не сумев вписаться в новое общество, делается изгоем. Его единственным приятелем и «собеседником» остается клоп, случайно замороженный и размороженный вместе с ним. Музыку к спектаклю Маяковского тогда написал Дмитрий Шостакович.
А в 2004 году в архивах Государственного центрального музея музыкальной культуры имени Глинки в Москве случайно была найдена партитура неоконченной оперы композитора с названием «Оранго». Оказывается, в 1932 году Большой театр заказал Дмитрию Шостаковичу музыкальное произведение к очередному юбилею Октябрьской революции. Опера «Оранго» должна была стать сатирическим произведением. По сюжету его главный герой – французский журналист, созданный путем скрещения обезьяны и человека. Либретто к опере собирался написать Алексей Толстой, но по какой-то причине эта работа затянулась, а музыкальная партитура попала в архив.
После того, как ноты были найдены, британский музыкант Джерард Макберни с оркестром впервые исполнили написанную Шостаковичем музыку к «Оранго» в Лос-Анжелесе в 2011 году. Не прошло и ста лет.