До встречи, брат
Дрон разведчик, заметил его случайно. Оператор сразу вызвал эвакуационную группу. Он понимал, что они не успеют. Сто процентов, без шансов. Очень далеко. Но это ничего не меняло, группа все равно дойдет. Штурмовик дрон увидел, он тоже понял, что за ним пошли и тоже знал, что они не успеют. Сильно далеко. Дрон висел рядом, это все, что мог сделать оператор. Дать понять брату - не брошен, свои делают что могут. Просто не могут больше ничего. Наверно штурмовику так должно было быть легче. Да точно легче. Он «уходил». Тяжело. Но не был один. Не брошен.
Прилет, взрыв, и осколок, совсем небольшой осколок, пробился, нашел дырочку, и зашел глубоко в легкие. Осколок, маленький, поэтому убивал медленно. Легкие заполнялись кровью, каждое новое мгновение дышать было труднее и труднее. Каждый раз, любая попытка вдохнуть или выдохнуть, шла через боль. Пронзающая, как иглой, через все тело. Боль.
От боли выплеснуло адреналином и штурмовик, сжав зубы, оттолкнувшись двумя руками, переваливаясь через бок, сел на колени. Боль снова швырнула его на землю. Повторил. Снова сел на колени. Дернул за тросик быстрого сброса, освободил завязки с боков, потом рывком скинул «броник» (бронежилет) подняв переднюю секцию и перекинул ее назад, через спину. Это движение отняло слишком много всего. Опять упал. Замер. Три секунды ждал. Набирался сил, последних, которых уже не было.
Перевернулся на спину. Не выдох, хрип. Кровь на губах. Вдохнуть еще можно, раз или два. Нет, пока не получается. Распахнул, почти разорвал, бушлат. Холодный воздух обжог грудь. Все же, преодолевая невозможное, вдох. Опять нужно переваливаться на бок, встать на колени. Да хоть десять, хоть сто раз, если бы не дикая боль. Он осмотрел себя спереди. Нет, ранение со спины. Взрыв был сзади.
Вколоть промедол? Лучше закурить. Можно еще успеть выкурить сигарету. Если отвлекаться, не успеешь. Надо попробовать закурить. Сел, выправив ноги вперед. Подтянул рюкзак. Пачка была в кармашке на лямке. Ударом ладони в дно пачки попытался выбить сигарету. Не получилось. Еще раз. Еще. Выскочили несколько штук, упали на землю. Он поднял одну. Запихал в рот. Огня нет. Спички. Зажигалка. Голова не помнили, где они. Он вынул сигарету, сломал ее пальцами и бросил. Огня уже не надо. Он не успеет закурить. Отпустило. Нет боли. Свет. Время, пора, сейчас.
Оператор разговаривал с ним. Знал, понимал, что слова в пустоту, штурмовик его не слышит. Сильно далеко. Но оператор дрона делал все, что он мог. А он мог только держать рядом «птичку» (дрон) и говорить.
Тебе пора в Рай, брат. Жди нас, нам тоже туда. Кому то завтра, кому то годы ждать. Годы, годы, вспоминаешь годы, что прошли, понимаешь, это был лишь день. И впереди, может быть только день. Если тебе дадут, целый день. Всем кто живет праведно - чистит этот мир от скверны, всем дорога в Рай. Увидимся там, братик.
© Copyright: Сергей Сороковиков, 2024
