СТУДЕНТ
Часть первая. 1993-й год
Троллейбус трясло и потряхивало. Дороги в пролетарском городе не отличались особым качеством. Окна были заморожены плотным слоям инея, всё-таки, хоть и Южный, но Урал.
Но, студенту Политеха, Ромке Котову, было всё равно – он знал город, как свои пять пальцев. Немного мешал тубус с недавно законченной курсовой работой, куча чертежей, отрисованных от руки, а ещё и пояснительная записка…
Ромка каждый день ездил этим маршрутом, примерно 40 минут в одну сторону, и знал каждую остановку, без её объявления водителем.
Но, сегодня что-пошло не так. Или наоборот, именно так, как нужно.
Кто-то из сидящих пассажиров оттёр локтем замёрзшее окно холодного троллейбуса, и Ромка увидел идущего по тротуару гордой походкой парня, примерно ровесника, в камуфляже и голубом берете.
Этот парень в голубом берете просто излучал уверенность и гордость в своей форме, и , видимо, службе…
И тут на Ромку накатались воспоминания… О мечте носить погоны, голубой берет, служить в разведке, пойти в Афган. Как перед окончанием восьмого класса готовился к поступлению в Суворовское училище, но, старший двоюродный брат, возвращаясь со срочной службы с Владивостока, заехал к ним, и посоветовал не торопиться с выбором, а сначала отслужить срочку и понять – нужно это ему или нет. Старший брат тогда много курил на балконе, рассказывал о своей службе. А вдали было слышно вокзал и стук колёс поездов… Но, Ромка поверил брату и оставил мечту о суворовском училище.
В школе Ромка не блистал в учёбе, считая, что это – не главное. Занимался спортом, выполнил пару разрядов, всерьёз увлёкся английским. Десятки километров кроссов и неправильные глаголы давались Ромке одинаково легко. А ещё было увлечение историей и литературой. Любимыми писателями были Лермонтов, Лев Толстой, Василь Быков, Юрий Бондарев, Борис Васильев. Но, основным романом, который Ромка перечитывал, затирая до дыр старый журнал «Роман-газета» был короткий, но, ёмкий «Взять живым» Владимира Карпова. И было это не с подачи учителя русского языка и литературы - так воспитывали родители и учитель истории в школе – Татьяна Венедиктовна.
Школу Роман заканчивал, как самый последний троечник, считая, что для поступления в Рязанское Высшее Военное Десантное Командное училище (РВВДКУ), на факультет Спецназа и этого было достаточно. Не потому, что туда берут безграмотных неучей, просто Ромка тогда не понимал, что офицер – это грамотный человек с хорошим образованием.
Котову в очередной раз не повезло… Проездом был очередной «советчик», и Ромка ПОБОЯЛСЯ поступать в РВВДКУ.
Весна 1990-го выдалась не очень. Погода была никчёмной, Ромка, как и все одноклассники, зубрил билеты, готовясь к поступлению в Политех, который закончила его мать. Тогда был объявлен эксперимент, что экзамены для школьников, которые идут в ЧПИ, принимают преподаватели института.
Ромка убедил своих школьных друзей, что нужно идти вместе. Вот так они трое и сдали все экзамены преподавателям Политеха на высших баллах. Всех зачислили по умолчанию, ибо, баллы были зашкаливающими, а экзамены принимали не учителя школы, а профессура с ЧПИ (где претензий просто уже не могло быть).
Высшую математику преподавал фронтовик, который в 17-ть лет ушёл на фронт. Михаил Кузьмич, в перерывах рассказывал о войне. И Ромке было стыдно, что сбежал в Политех от службы.
Математик обладал феноменальной памятью!
Аудитория, примерно, на сто пятьдесят студентов (ну, весь курс на потоке). Затребовал, на первой установочной сессии, чтобы каждый, при названии фамилии, вставал и называл город и номер школы. Ромка так-же встал и назвал номер школы. Только при этом Котов забыл, что на экзамене в школе был именно этот преподаватель. И фронтовик напомнил Ромке, за какой партой он сидел, и как пытался переговариваться с соседом на экзамене.
На второй лекции математик просто обвёл глазами зал и, за пару-тройку секунд, напомнил всем, кого нет на лекции, а кто сел не на своё место.
Ромка тогда обалдел от такого количества интеллекта и навсегда влюбился в математику.
Ещё Михал Кузьмич, как его называли первокурсники, признался, что уважает студентов, отслуживших в армии. На второй или третьей лекции потребовал, чтобы встали те, кто служил в армии. И задал непонятный для «школяров» (те, кто пришли в институт со школьной скамьи)...
- Дедовщина в армии была?
Парни начали как-то мяться, что-то бурчать под нос, но, препод был неумолим!
- Иванов! Отвечай на вопрос! Затем ты, Петров! Сидоров, ты следующий!
Все ответили утвердительно, и Ромке показалось, что этот вопрос про дедовщину был весьма неприятен парням.
- Что за ерунда сейчас в армии происходит? Попробовал-бы меня, самого молодого в роте начать... Хм! В первом-же бою пристрелил-бы!
Но, нужно отдать должное, Михал Кузьмич очень уважал студентов, которые отслужили в армии, правда, сказал прямо и открыто: «Молодцы! Уважаю! Но, спуска вам не будет! Буду требовать, как от всех!».
В первые дни учёбы Котов и сокурсники не ориентировались в расположении корпусов и аудиторий. Плутали, как туристы, которые заблудились в лесу, спрашивая у всех встречных, как пройти в такую-то аудиторию в каком-то корпусе «3-В».
И вот в одном из коридоров Главного корпуса вся группа наткнулась на Доску почёта «Наши ветераны.
Там были размещены фотографии преподавателей, которые воевали в Великую отечественную. Студенты затихли и начали рассматривать эти, уже немного поблекшие от времени, снимки.
Фото Михал Кузьмича было почти в центре стенда. Пожилой преподаватель Высшей математики был в простом пиджаке, с наградами. Ромка разбирался в этом вопросе, понимал, чем отличаются боевые награды от юбилейных, и потребовал от всей группы обратить внимание на то, что Кузьмич носит на парадном пиджаке только БОЕВЫЕ награды. Медали «За Отвагу», «За боевые заслуги», ордена «Красной Звезды», «Отечественной войны» двух степеней.
Остальные фотографии ветеранов Ромку не вдохновили. Полный иконостас на груди, как бронежилет, но боевых, именно тех, окопных, не было почти ни у кого. И Котов тогда понял, что дело не в количестве «значков» на пиджаке, а в их, если говорить современным языком, качестве.
Другим преподавателем Высшей математики на параллельном курсе был тоже фронтовик, в прошлом – танкист, который горел в танке и потерял зрение. Он заставлял студентов, при расчёте тройного интеграла зачитывать решение вслух. Хм! Тройной интеграл решается на паре-тройке страниц тетради, а преподаватель всё это воспринимал на слух, и, после окончательного ответа студента, сообщал ему, что после вот такого-то знака «равно» - у него ошибка в решении.
Учился Ромка в Политехе с полным азартом. Сдавал зачёты и экзамены не просто на «ура», а на отлично, почти всегда «автоматом», повышенная президентская стипендия.
Учёба, занятия в спортзале, вроде всё хорошо и просто…
Но, девяностые… Жизнь бывшего школьника и комсомольца дала сбой.
Комсомол отменили ещё в 90-м, потом развалился СССР.
И пошёл Котов в бандиты, в организованную преступную группу. Ну, хотелось Ромке ходить на дискотеки, общаться с девчонками. А для этого нужно было «лавэ», как тогда говорили. Несколько месяцев «отрабатывал» основной рынок города, забирая товар у продавцов.
Слёзы «челноков», что забирают последнее, не волновали крепких парней в кожаных куртках.
Однако, лекции по политэкономии не прошли даром! А тут ещё – приватизация, ваучеры.
И ушёл Роман из бандитов в коммерсанты. Один ларёк коммерческий приносил прибыли в месяц, больше, чем зарплата учителя раз в пять. Или в десять…
Так Котов начал торговать палёной водкой и платить старым «братанам» за крышу. Но, помимо «братков» появились менты. И Ромка им платил, матерясь (беззвучно), что из всего товара ОБЭП выбирал самое дорогое пиво, которое было в ларьке.
Но, денег оставалось много, Ромка себе ни в чём не отказывал… Ни в одежде, ни в спиртном, ни в женщинах. И при этом оставался элитным студентом Политеха, на повышенной Президентсткой стипендии.
Только та история из троллейбуса, когда он увидел десантника на улице никак не забывалась. А, учитывая давнюю мечту, и вовсе не давала покоя. Никакие пьяные студенческие вечеринки, дискотеки не могли его отвлечь от мысли, что он выбрал неправильный путь, и нужно всё изменить. Кардинально и бесповоротно.
Староста студенческой группы, который после автотранспортного техникума отслужил в Мозамбике, первым задал вопрос: « Ром, что с тобой происходит? Дискотека, вокруг куча девчонок с педа и меда (педагогического и медицинского институтов)!»
Студентки тоже подключились к разговору, типа, что такой хмурый. А Ромка пил водку и молчал. Молчал потому, что и сам, даже для себя, не смог-бы ответить на эти вопросы…
Решение пришло неожиданно, ночью. В военкомат! В армию!
Прогуляв учёбу, Котов пришёл в военкомат, в отдел призывников. Чтобы внести ясность – в 1993-м стало модным «косить» от армии. То есть те, кто «откосил» считались крутыми.
Немолодая женщина, в гражданской форме одежды, изумлённо подняла глаза:
- Что Вы сейчас сказали?
- Хочу служить в армии. Подальше от дома, в разведке.
- Аааа! Понятно! «Бегунок»! Под дурачка косишь.
- Нет! Хочу служить! Носить голубой берет и служить в разведке! Готов лететь в Таджикистан.
- Ну, ты из меня дуру-то не делай! Разведчик, блин! Ладно, давай посмотрим твоё дело…
И полезла искать личное дело Котова в шкафу, где была приклеена надпись «Бегунки».
- Вы не там ищете! В соседнем шкафу – «Студенты»!
- Ты издеваешься? С института выгнали, решил под дурака закосить???
- Нет! Я - студент, вот студенческий билет и зачётная книжка.
- Ну-ка, дай я посмотрю! Погоди! Почти отличник, зачем тебе в армию? С дочкой ректора накосячил?
- Я даже не знаю, есть-ли у ректора дочка. Хочу служить в армии. В разведке!
- Ладно! Нашла твоё дело. У тебя-же отсрочка, как у студента!
- Хочу служить в армии! В разведке!
Таких безумно удивлённых глаз Ромка никогда в своей жизни ещё не видел…
- Ты совсем ку-ку? С четвёртого курса? Может, натворил чего и милиция тебя ищет?
- Ничего не натворил! Никто меня не ищет! Хочу служить в армии, в разведке!
- Ну, ты даёшь! Ладно, пошли к замвоенкома по призыву. Пусть он разбирается!
Так Роман Котов попал без очереди к заместителю начальника военкомата по призыву, подполковнику Хруничеву. Подполковник был сугубо военным человеком, который всю свою сознательную жизнь служил в армии…
- Это что за херня? Какая нахрен разведка??? Иди, учись, студент!
- Хочу в армию! В разведку!
- Совсем дебил? Ты хоть знаешь, с какой стороны парашют на жопу надевают?
- Знаю. Три прыжка с парашютом, ДОСААФ! Хочу в армию! В разведку!
Ромка Котов соврал. Никаких прыжков с парашютом он не совершал. Полгода обучения в ДОСААФ на прыжок, с изучением матчасти парашюта и системы достали настолько, что прыжок он не дождался и бросил это дело.
- Хм! С прыжками? Ну, и что мне с тобой делать, студент?
- Разрешите пройти медкомиссию, товарищ подполковник! Если годен, то иду.
- Ты мне ещё условия будешь ставить, студент?
- Да, буду! У Вас всё равно нехватка призывников, один лишним не будет!
- Ну, ты – наглый! Понимаешь, что я тебя, студента, не могу направить на медкомиссию?
- Ну, может быть, в качестве исключения?
- Но у тебя отсрочка! Не имею права! Уходи из универа и приходи!
- Нет! Я уйду только если Вы направите меня в разведку!
- Ну, ты наглый, Котов! Хорошо! Дам тебе направление на медкомиссию!
Ромка понял, что подполковник Хруничев, в принципе, на его стороне. И продолжил наглеть…
- Товарищ подполковник! Если Вы меня обманете и засунете куда-то в стройбат или мотострелки, то я сбегу с поезда и восстановлюсь в Политехе.
- Да ты вообще охренел!!! Ладно! Давай, пройдёшь медкомиссию, там посмотрим! После медкомиссии придёшь ко мне!
У Романа Котова было плоскостопие, с которым не только в разведку, но, и в армию не берут. Не берут от слова «совсем» - не годен к строевой. Но, Роман выяснил, как проверяют плоскостопие на медкомиссии. Поднять ногу, и чтобы стопа была вогнутой. Несколько дней тренировок и он научился, натренировав мышцы стоп, чтобы сделать её красивой. Сейчас сложно сказать, что сыграло ключевую роль: невнимание врачей на медкомиссии, умение показать «правильную» стопу или просто нехватка призывников.
Тем не менее, Котову дали высшую группу здоровья, которая позволяет служить в самых супер-специальных войсках.
С результатами медкомиссии Ромка пришёл к заместителю начальника военкомата.
- Товарищ подполковник! Медкомиссию прошёл! Годен по-максимуму!
- Опять ты! Ну, давай ещё раз, куда ты хочешь?
- Разведка, голубой берет. Подальше от дома!
- Ну, про разведку и берет я уже понял! Почему подальше от дома???
- Ну, ребята, кто уже отслужил, сказали, что служба рядом с домом – это сложно! Всегда хочется сорваться в самоволку…
- Грамотные ребята! Ладно! Есть у меня для тебя местечко в команде. Скоро «покупатели» приедут из Урюпинска за призывниками. Но! Всё, что я могу для тебя сделать, это включить в команду призывников. На призывном пункте тебя снова будут проверять, и не факт, что возьмут.
- Ну, я-же сказал, что сбегу, если не по моей теме!
- Всё! Достал! За повесткой через неделю придёшь! Увольняйся с института!
- С Универа, товарищ подполковник!
- Тем более!
Подполковник не обманул. Выдал повестку Ромке в команду, которую собирали в СпецНаз ГРУ. Котов прошёл все проверки на сборном пункте, включая дополнительную медкомиссию.
Забегая вперёд, скажу, что в 1995-м гвардии старшина Котов, вернувшись домой, пошёл становиться на воинский учёт в военкомат. В форме, в голубом берете с наградами. Но, первым делом Ромка зашёл к Хруничеву. Подполковник сразу узнал студента, встал из-за стола и по-отечески крепло обнял. Они долго говорили о службе. И каждый из этих двоих был признателен другому, что оба оказались верны своему долгу.
Самым сложным, кроме принятия решения об уходе в армию, для Ромки был разговор с матерью. Она гордилась сыном, успешным студентом, который отказался от военной службы и пошёл по её стопам – учился на инженера.
Мама Ромки очень долго и сильно плакала, когда он ей сказал. Отец промолчал, ибо сам в своё время хотел поступать в Нахимовское училище, но не прошёл по здоровью (зрение). Тем не менее, старший Котов успешно получил погоны майора, врача, по линии МВД.
Первого декабря 1993-го Котовы устроили сыну настоящие проводы. Было человек двадцать, много еды и спиртного. Однако, Ромка не пил, чтобы не провалить промежуточную медкомиссию из-за повышенного давления с похмелья. Но запросил бутылку шампанского с белой этикеткой. Именно с белой! Шампанское было куплено, SPUMANTE было тогда в моде. И трезвый Ромка, находясь в окружении выпивших друзей и родственников, попросил всех и каждого поставить свою подпись на белой этикетке шампанского. Только перед этим он своей рукой вывел надпись: «Дембелю 1995 от призывника 1993». Когда все поставили свои росписи, Ромка передал бутылку отцу и попросил сохранить её до своего дембеля.
Девушки у Ромки не было, да и старшие товарищи советовали уходить в армию «без хвостов», чтобы потом больно не было.
Второго декабря был день призыва. Рано утром подняли всех гостей, кто остался, на проводы в военкомат. Мама Ромки тоже начала собираться, но он ей запретил.
- Мама, оставайся дома! Мне не нужны лишние слёзы. Я всего-лишь ухожу служить в армию!
- Ну, как-же так?
- Мама, ведь не на войну меня провожаешь!
Ромка оказался неправ. Его провожали именно на войну, просто о ней ещё никто тогда не знал. Но, видимо, материнское сердце предчувствовало беду.
В военкомате призывников снова обследовала медицинская комиссия, а потом выдали военные билеты. Так Котов стал бывшим студентом и военнослужащим.
При выходе с военкомата стоял автобус, типа ПАЗика… Их загрузили в него. Ну, и согласно традиции, полупьяные провожающие начали его раскачивать. Ромка тогда удивился – дважды в армию не пошёл из-за посторонних лиц! Что и сейчас тоже???
Автобус выстоял, и призывников вывезли на областной призывной пункт.
Только тогда Котов понял, что он больше не студент.