На стриминге Apple TV+ завершился показ восьмисерийного нуара «Шугар» с Колином Фарреллом, девять лет назад блиставшим во втором сезоне «Настоящего детектива». Еще после премьеры первых серий многие зарубежные и отечественные критики считали проект довольно скучным, но обещали неожиданный поворот. Мы же досмотрели сериал до конца и убедились в том, насколько обескураживающе просто шоураннер Марк Протосевич (сценарист «Тора» и американского ремейка «Олдбоя») признался в любви американскому кино, эпохе нуара, да и всему человечеству.
После очередного задания частный сыщик Джон Шугар (Колин Фаррелл) приезжает из Токио в Лос-Анджелес, чтобы заняться поиском пропавшей внучки видного голливудского продюсера Джонатана Сигела (Джеймс Кромвелл). Оливия (Сидни Чандлер) не выходит на связь уже несколько дней, но полицию патриарх привлекать не хочет – иначе всё появится на первых полосах таблоидов. Впрочем, он единственный из большого семейства переживает за судьбу девушки: остальные – тоже сплошь продюсеры и артисты, у которых вот-вот должен выйти новый фильм, – уверены, что родная кровиночка ушла в очередной наркотический загул. Покутит и вернется — с покаянием и желанием отправиться в дорогой рехаб, как было уже несколько раз. Однако Джон Шугар убеждается, что в этот – всё иначе. Особенно когда находит заброшенную машину Оливии, где в багажнике лежит труп мужа-тирана, который, как свидетельствуют заголовки всё той же желтой прессы, виновен в смерти молодой женщины мексиканского происхождения. «Шугар» нельзя назвать просто детективом, хотя эта жанровая составляющая здесь развивается с каждой серией: в ход идут и мексиканские беженцы, и влиятельные корпорации, и борцы за права женщин, и поиски мужчин, совершавших насилие. При этом сериал Протасевича – это скорее экскурсия по истории кинематографа: от черно-белого подражания популярным теперь корейским триллерам — вглубь американского кинематографа, если не придумавшего, то на определенных этапах зафиксировавшего чистоту многих стилей и жанров (от того же нуара до мелодрам и сайфая). «Куросаву и Годара вы, наверное, посмотрели лет в шесть?» – спрашивает киномеханик Шугара. «Нет, кино я познал значительно позже», – то ли с восхищением, то ли с сожалением отвечает тот. И отчасти подчинил ему жизнь. Ведь только благодаря кино любую историю ждет финал – неожиданный, смешной, нелепый, нарушающий подчас все законы драматургии, но тем не менее очень воодушевляющий. И, как ни странно для современных детективов, человеколюбивый.