Знаете, сегодня размышляла именно об этом удивительном явлении .
Считается, что человек - единственный , кто способен испытывать эстетическое наслаждение, в силу своей способности то ли к абстрактному мышлению, то ли к большой гамме эмоций и чувств. Про животных мы мало что знаем, называть себя единственными - наше излюбленное, ну да ладно. Но как, как же это получается?! Черт возьми, как? Каким органом мы это проживаем? В каком месте это зиждется? А главное - зачем?...
Я смотрю в бархатную бездну петунии Софистика Блэкберри . Эта черная дыра затягивает, манит, приковывает, властно требует не отводить глаз. В ней - что-то пугающее и дразнящее, юное и древнее. Она похожа на библейских соблазнительниц, на средневековых суккубов, неотразимых, демонических и невинных на первый взгляд. В ней отталкивающее дополняется изумительным. Обманчивая мягкость очертаний, неотвратимость роковой глубины...
С клумбы полнотелым аккордом звучат чернильные ирисы. Их нераспустившиеся стрелы - грозные и четкие, их раскрытые цветы - извращённая роскошь.
В этом году их уже достаточно много, чтобы производить впечатление, и впечатление это - сильное.
Ночной дождь прошел, оставив по себе лишь припоминание, влажные плитки тротуара и арбузную свежесть, звенящую в воздухе. И я стою и чуть не на коленях рассматриваю капли на листьях хост.
Они - сокровище ночи, оброненное ею по забывчивости или щедрости.
Сокровище это не продать, им не озолотиться - по крайней мере, материально. Но каким же богатым чувствует себя человек, способный не тронуть этих листьев с алмазами, а только - взглянуть ...
А в тени покачиваются, распускаясь, нежные и благородные махровые аквилегии.
Они трепещут от северного ветра, в них - одно только изящество, утонченность, неброская скромность кронпринцесс древнего эльфийского рода.
(Кстати, вот ссылка на мою статью про мифологию и скандинавскую и христианскую символику аквилегии)
А рядом распускают вайи придворные папоротники, но пусть никого не введёт в заблуждение отсутствие у них цветов: их наряд настолько причудлив и выверен, так дробен, такой тонкой работы, что и кружевница из невесомой зелёной нити не соткала бы ничего прекраснее, причудливее и затейливей.
И мне пора высаживать рассаду, мы с сыном едва вытащили все это из квартиры на улицу вместе с лейками, лопатами и грунтом, но я стою, замерев, и твержу: Господи, как красиво.
Слова ничего не передают.
Почему мы это чувствуем? Красоту нельзя обратить себе на практическую пользу, она нас не кормит, она не конвертируется . Она просто существует, а мы ее наблюдаем, впитываем. Музыка ли, картина ли, но больше всего - природа - делает нас богаче, полнодушнее, счастливее. Надо лишь остановиться, чтобы открыть глаза, открыть сердце, отринуть суетное и - посмотреть.
Если в жизни и есть истина, она - в созидании, в росте, в самой жизни, в воскрешении и обновлении. Она не может быть в убийстве, запрете , утверждении и насаждении своего. Цветок невозможно принудить. Его можно сорвать, уничтожить, но принудить цвести - нельзя. Только заботой, нежным вниманием и предоставлением свободы ему, дарением ему света и воды можно направить его к процветанию... Нам столькому можно бы поучиться у аквилегий... Ах если бы.
Рассада в грунте. Миша до самого вчерашнего вечера , как считалочку, повторял "платикодон, платикодон". Да, ширококолокольчик-платикодон , сорт "Дэви " , переехал в палисадник.
Не знаю пока, как перенес это, но надеюсь на лучшее. В петуниях уверена. В бегониях тем более.
Софистику Блэкберри посадила скопом, все пять корней.
Посмотрим, как покажет себя. Сбоку роза. Позади, но на почтительном расстоянии - Тайдал Вейв Сильвер, с прицелом, что бело-серебряные цветки оттенят черный вельвет Софистики.
Флокс шиловидный с тюльпанами и ирисами составляют трио, от которого у меня захватывает дух. Очень удачное цветовое сочетание.
Фотографирую я неважно, но поверьте на слово - это изумительно, и многие останавливаются полюбоваться. Три года назад тут были одуванчики на выжженной сбитой земле.
Любопытно, что мне не нравится , когда соседи говорят "какая вы молодец". Мне неловко, я ж не ради выслуги стараюсь. Но стоит кому-то сказать "как красиво", а ещё лучше "ох какие ирисы!", как я тут же подхватываю, выпрямляюсь и радостно делюсь, что - да, а ведь было их совсем мало, а теперь разрослись!... И мои глаза жадно, ненасытно вновь шарят по цветнику, стремясь не то впитать, не то запомнить. Красота мимолетна. Но сила ее - огромна.
Доброго утра и хороших вам выходных !