Найти в Дзене
О важностях

Через огонь, воду и медные трубы

Когда я была маленькая, я любила закрывать глаза и думать о космосе. О том, насколько мы малы по сравнению со скоплениями звезд во вселенной. Меня воображение постепенно относило к главному самому животрепещущему вопросу - а почему именно я в этом теле, среди именно этих людей и именно в это время?
Я всегда с большим интересом наблюдала за всем, что меня окружает и ужасно любила свои игрушки. Я была уверена, что ночью они оживают и поэтому для каждой игрушки я готовила мягкую постель, чтобы им всем было удобно. Это было до того момента, как ночью ко мне в комнату не зашел один человек. Это был взрослый мужчина, это был член нашей семьи. Он потом заходил еще много раз. Я пыталась закрывать дверь на защелку, одевать штаны даже в самый жаркий летний вечер и спать в них. Мне было около восьми или десяти лет. Психика человека - удивительная вещь. Еще более удивительна психика ребенка. Чтобы выжить, мне нужно было разделить себя на части. Этот процесс в психологии называется расщеплением, е

Когда я была маленькая, я любила закрывать глаза и думать о космосе. О том, насколько мы малы по сравнению со скоплениями звезд во вселенной. Меня воображение постепенно относило к главному самому животрепещущему вопросу - а почему именно я в этом теле, среди именно этих людей и именно в это время?

Я всегда с большим интересом наблюдала за всем, что меня окружает и ужасно любила свои игрушки. Я была уверена, что ночью они оживают и поэтому для каждой игрушки я готовила мягкую постель, чтобы им всем было удобно.

Это было до того момента, как ночью ко мне в комнату не зашел один человек. Это был взрослый мужчина, это был член нашей семьи. Он потом заходил еще много раз. Я пыталась закрывать дверь на защелку, одевать штаны даже в самый жаркий летний вечер и спать в них. Мне было около восьми или десяти лет.

Психика человека - удивительная вещь. Еще более удивительна психика ребенка. Чтобы выжить, мне нужно было разделить себя на части. Этот процесс в психологии называется расщеплением, если не ошибаюсь. Слабую девочку, которая любила смотреть на звезды, любила космос и свои игрушки я закрыла. Осталась только часть, которая могла бороться.

Я встала в стойку борца на долгие годы вперед. Слабоумие и отвага - это был мой девиз. Я удивительным образом выдирала себя, вытаскивала себя снова и снова из ситуаций, которые пытались меня сломать. Упорства было мне не занимать.

Я рвала на куски все и вся, лишь бы получить желаемое. Мне зачастую было плевать на мнение и чувства окружающих. Почему я должна была учитывать окружающий, крайне небезопасный мир, если этот мир не учел меня?

Я считала себя сильной, очень сильной. Я презирала людей, которые впадали в уныние, которые позволяли себе не достигать ничего в жизни. Я считала это буквально смертным грехом.

Самое ужасное, что та девочка все еще оставалась там. Она не выдерживала все это, она не могла вести эту войну. Она уставала, часто плакала, искренне не понимала, почему она делает раз за разом то, что ей не нравится? Надо Федя, надо.

Остервенение прошло, я поняла, что войну можно завершать. Я подняла белые флаги. Мне больше ничего не угрожает. Я повернулась к себе. Там было выжженное поле брани.

По кускам, по маленьким осколкам я начала собирать себя снова. Мне было тяжело. Но я почти сумела.

Оставайтесь детьми, сохраняйте детское любопытство к миру. Хотя это бывает порой крайне тяжело.