Римма была из разряда «одноразовых» знакомых, с кем я встречалась лишь однажды, но помнить буду точно всю жизнь. Я гостила в летнем домике тети мужа на полуострове Кейп Код в Америке. Хорошо там. Океан теплый, песок белый, воздух чистый. Этим мы и пользовались вовсю: гуляли, дышали, купались…
Марина, так звали тетю, сказала, что к обеду зайдет ее подруга Римма, они нежно дружат уже много лет. Ну а мне-то что? Зайдет и зайдет. Одной подругой больше – одной увиденной достопримечательностью меньше. Заметив хорошо замаскированное неудовольствие на моем лице, Марина сказала: «Ты поговори с ней, у нее очень интересная судьба. Не сомневаюсь, что она тебе понравится».
К обеду Римма пришла. Грузная, передвигается с трудом. Видно, что ноги болят, ну и сердце, конечно. Широкое ситцевое платье на большой фигуре, растоптанные ботинки на отечных ногах. Она добралась до кухонного стола, села на стул и так на меня глянула, что казалось, до мозга достала. Ясные, абсолютно живые глаза выпукло смотрели поверх очков с немодной старой оправой. Глядя на ее седые крупные кудри, подумала, что она похожа на Волошина. Умная старуха.
Я совершенно не ожидала, что разговор выльется за рамки беседы двух малознакомых людей. Я не записываю себе в достоинство, что разговорила ее. Наверное, настроение у Риммы было подходящее, а мне просто повезло оказаться рядом. Вот что она рассказала о себе.
Она живет на Кейп Коде уже лет тридцать, с тех пор, как купила здесь избушку-развалюшку рядом с океаном. Пока работала, сбегала сюда на выходные из Бостона, а как вышла на пенсию, переселилась совсем. Она практически одна, я имею в виду семью. С дочерью отношения сложные, что учитывая их жизненные перипетии, совсем не удивительно. А бывший муж, профессор физики, в Союзе остался. Та еще история, очень личная. Он умер уже.
Родилась Римма в 1934 году в Америке, а через год ее родители по призыву Сталина рванули в Советский Союз строить коммунизм. Папа – еврей, бывший эмигрант из России. А мама вообще никакого отношения к ней не имела – американка. Потому и не тронули, наверное, хотя логику в поступках в то время найти было трудно. Ну вы сами знаете, что со строителями коммунизма из-за рубежа произошло. Отец Риммы сразу сгинул, а они с мамой выжили.
Мама совсем не говорила по-русски. С дочерью общалась по-английски шепотом, чтобы соседи по коммуналке не услышали и не донесли. Конечно, Римма была слишком маленькая, чтобы помнить о том, как все было в Америке, и переживать о том, где они оказались. Но отпечаток на ее воспитании это наложило. Когда маме страшно, ребенку тоже нехорошо. Плюс клеймо дочери предателя родины и шпиона.
В Америку Римма вернулась в 77-м, когда ей было уже сорок три, забрав маму и дочь. И начала жизнь заново. Муж как-то подозрительно легко подписал все документы на выезд. Пусть они уже почти не жили вместе, но он и дочь не удерживал. Почему не жили? Мама его все время болела, говорил он: «Я у мамы ночую, я у мамы ночую…» И так почти каждый день. Римма только после смерти мужа узнала, что не к маме он ночевать ходил. Он другого любил, а брак с Риммой был лишь прикрытием. Дочь не знала и винила во всем Римму.
В Америке ее взяли на работу в какое-то научное издательство редактором. Если бы вы знали, какой водопад имен и сведений обрушился на меня, когда она рассказывала о людях, с которыми ей повезло общаться! И в Союзе, и здесь, в Штатах. А я подумала, что это не ей, а им повезло. А уж мне за что такое счастье, до сих пор понять не могу!
Блестяще образованная, очень интеллигентная Римма виртуозно рассказывала матерные анекдоты! Только очень умный человек может их рассказывать так, чтобы было смешно и не пошло. Мы сидели на кухне Марининого летнего дома в городке Хаянис на полуострове Кейп Код в штате Массачусетс, ели холодный борщ из русского магазина и смеялись до слез над анекдотами Риммы. Жалко, Сашка, мой сын, был рядом, и Римма сдерживалась. Прощаясь, сказала реалистично, что возможно увидимся в следующем году, если я приеду. И – после паузы – если она еще будет на Кейп Коде и вообще будет.
Через несколько дней мы с Мариной были опять на океане. Еще с дороги позвонили Римме. Она живет в двух минутах езды от пляжа и часто приезжает сюда дышать морским воздухом. Из машины, правда, не выходит. Так, окна-двери откроет и сидит, дышит. Марина осталась с ней болтать на парковке, а мы с сыном пошли купаться. Если бы я знала, что больше не увижу ее, я бы подошла.
Из книги "Кот в отпуске". В продаже на Ридеро с 20% скидкой по этой ссылке.
