Ход СВО не похож ни на один из ранее происходивших конфликтов. По сути, это война с минимумом лобовых столкновений. Об этом в эфире радио КП рассказал находящийся в отпуске в Москве военнослужащий-штурмовик из зоны СВО, передает корреспондент «ПолитНавигатора». «Я встречался с людьми, которые, там, Афган прошли, которые Первую и Вторую чеченскую застали, Сирийский опыт – война в Украине не похожа ни на что. Это конфликт сейчас, уже в 2024 году, – максимально удалённый. Здесь воюют дроны, РЭБ, стрелкотни очень мало.Да, конечно, есть артиллерии воздействие с той стороны, воздействие миномётное, РСЗО – то, что каким-то образом коррелирует с предыдущими конфликтами. Но стрелковые взаимодействия с противником практически сведены до нуля.Нашим штурмовикам сложно подобраться, потому что дроны, потому что мины, какое-то удалённое воздействие, но когда мы заходим в опорник, они поднимают лапки, и всё… Но что касается стрелкового боя, на переднем краю, как правило, либо мобилизованные насильно,
Ход СВО не похож ни на один из ранее происходивших конфликтов. По сути, это война с минимумом лобовых столкновений.
Об этом в эфире радио КП рассказал находящийся в отпуске в Москве военнослужащий-штурмовик из зоны СВО, передает корреспондент «ПолитНавигатора».
«Я встречался с людьми, которые, там, Афган прошли, которые Первую и Вторую чеченскую застали, Сирийский опыт – война в Украине не похожа ни на что. Это конфликт сейчас, уже в 2024 году, – максимально удалённый. Здесь воюют дроны, РЭБ, стрелкотни очень мало.Да, конечно, есть артиллерии воздействие с той стороны, воздействие миномётное, РСЗО – то, что каким-то образом коррелирует с предыдущими конфликтами. Но стрелковые взаимодействия с противником практически сведены до нуля.Нашим штурмовикам сложно подобраться, потому что дроны, потому что мины, какое-то удалённое воздействие, но когда мы заходим в опорник, они поднимают лапки, и всё… Но что касается стрелкового боя, на переднем краю, как правило, либо мобилизованные насильно, либо какие-то легионеры-иностранцы», – рассказал штурмовик.
«И всё же, учитывая твой проброс про «лапки вверх», ВСУ – это так себе армия… или всё-таки это крепкий противник?», – спросил ведущий Иван Панкин.
«Слушай, ну они бьются! Я не могу сказать, что они прям увидели русского и сразу все сдались, некоторые бьются прям до талого, до последнего. Нужно понимать, что это такие же русские, только покалеченные, именно в голове покалеченные, с переформатированным сознанием, переделанные. Но они русские», – ответил боец.
Автор: Максим Столяров