Проснулся я как-то с намерением позавтракать и отправиться на работу, но обнаружил в холодильнике лишь укушавшегося без присмотра в хлам Ипполита Матвеевича, который мало того, что вылакал всю заныканную на чёрный день текилу, так ещё помимо пары лимончиков и полкило мандаринов вероломно закусил сие непотребство всеми тремя оставленными мной на завтрак сосисочками.
Гаргантюаша спящих не бьёт, ибо хорошо воспитан, посему он наглого старикана сначала разбудил, затем с использованием игры слов и идиоматических выражений объяснил, какой он по жизни редиска, и лишь только опосля отвесил ему со всей дури такую оплеуху, которую Воробьянинов в жисть не забудет.
А чтобы заглушить великаний голод, король Утопии настойчиво вынудил меня заняться вместо трамвая утренней пробежкой до офиса, благо времени в отсутствие завтрака у нас было на сие оздоровительное мероприятие более чем достаточно.
И когда мы спустя полчаса лёгкой трусцой пробегали по Хохрякова в сторону "Гринвича", обжора увидал уже открывшуюся, несмотря на субботний ранний час, кафешку, куда, тотчас позабыв про всякий спорт, и направился.
"Злые ничтожные личности!" - злобно прошипел оставленный за порогом сего заведения пожилой алкашонок, который, оказывается, незаметно следил за нами, делая вид, что он просто дедушка с бадуна, который никуда не торопится.
Кофейня только-только открылась, отчего мы оказались в ней единственными гостями.
Музыкальный фон представлял собой приглушённый и приятный на слух лёгкий электронный андеграунд.
Как только мы выбрали понравившийся нам столик, девушка-бариста тотчас снабдила нас небольшим, но цветастым меню с завтраками.
А пока урчащий пустым желудком Гаргантюа выбирал блюдо покалорийнее, а я прикидывал, не побаловаться ли мне вместо чёрного кофе капучиной, латте или, прости Господи, рафом, другой бариста уже налил нам стаканчик водички - мелочь, но даже бережливый старик Киса, взирая на сие, прижавшись носом к стеклянной витрине, оценил этот аспект положительно.
- Девушка, а что такое "пататас бравас"? - поинтересовался Гаргантюа у официантки, принёсшей нам сахар и собирающейся принять у нас заказ.
- Это яичница с картофелем и Халапеньо, - был ответ.
- Отлично, давайте её, - согласно рыгнул Грангузьевич.
- И чашку чёрного кофе, - подытожил я наш заказ, смекнув, что кофеин перед девятичасовой сменой будет мне полезнее молока.
Кофе принесли спустя пару минут, но я не возражал, ибо мне не было необходимости перебивать опосля трапезы амбре отсутствующего на этот раз в нашей компании неисправимого алконавта.
Шипящая на сковородке яишенка с картошкой и мексиканскими перчиками смотрелась на голодный желудок более чем живописно.
И пока я наслаждался в кои то веки отлично сваренным американо, в котором баланс горечи, кислинки, крепости и даже температуры соответствовал моему представлению об идеале, великан безо всяких сантиментов принялся было жрать.
Но оказалось, что ломтики Халапеньо живописно красовались сверху совершенно не для пущего эстетизму - великан тотчас залпом выдул всю воду и попросил ещё. Получив достаточное количество охлаждающей вкусовые рецепторы жидкости, он очистил быстро остывающую сковороду за пару минут, заявив, что яишенка была превосходна и валирийцы точно знают толк в сытном вкусном завтраке.
"Почему валирийцы?" - удивился я, подозревая, что сия придумка принадлежит здешнему шеф-повару по мотивам латиноамериканской кухни.
"Дык "пататас"-то с "Браавасом"!" - был ответ.
Я не стал разочаровывать раблезианского поклонника творчества Джорджа Реймонда Ричарда Мартина, что словосочетание patatas bravas переводится с испанского просто как "острый картофель", и попросил нас рассчитать.
Так как нами занимался практически весь стафф по очереди, я предположил, что хоть QR и был привязан лишь к одному из работников, чаевые при таком подходе здесь однозначно в итоге делятся на всех.
Итоги:
- вода - 5/5
- кофе - 5/5
- пататас бравас - 5/5
- сервис - 5/5
- атмосфера - 5/5