Мы с Олегом умерли первыми, вернее, сначала мы даже не поняли, что произошло. Раздался страшный грохот. В этот момент нас накрыла волна удовольствия, а в следующую минуту мы оказались сидящими на крыше. В чем мать родила. Сидели, болтали ногами и смотрели на то место, где совсем недавно был наш подъезд.
Вернее, подъезд был мой. В этом доме жила я. Олег забежал ко мне утром в воскресенье, пока мой муж Данила отбыл в командировку.
- Что мы тут делаем? – Олег вопросительно смотрел на меня. – Ты почему голая?
Я от ужаса даже не могла хмыкнуть, как сделала бы в более нормальной ситуации:
- Олег, я не знаю! Что это за руины внизу?
Я внимательно оглядывалась по сторонам. Это был мой двор, в котором я проживала уже много лет. И дом был моим. Только на месте моего подъезда зияла огромная дыра. Не было подъезда! А как же тогда я, как Олег? Я точно помнила, что мы были в моей квартире, когда вдруг раздался этот страшный грохот…
Мы смотрели по сторонам, смотрели друг на друга и ничегошеньки не понимали.
- Блин, это уже не смешно, - разозлился вдруг Олег. – Надо спуститься с этой долбаной крыши и найти одежду тебе, а то, что люди подумают.
И тут я уже смогла хмыкнуть:
- Так и ты вроде не одет, не видишь?
Олег присвистнул:
- Ну и дела, - он как обычно, когда ему было что-то не понятно, запустил руку в волосы, а я чуть не разоралась от страха, потому что вместо того чтобы взъерошить густую шевелюру, рука Олега прошла сквозь нее, словно Олег был бестелесным.
- Олег! Что с тобой? – я кричала и не могла остановиться. Олег попытался меня успокоить, он взял меня за руку, но я не почувствовала его прикосновения, его рука была невесомой. Как и моя рука.
И в этот момент я заметила, что снизу к нам поднимается моя соседка по лестничной клетке, баба Дуся. Она плавно взмыла вверх и приземлилась рядом на крышу.
- Ой, что это такое творится, люди добрые? – запричитала старушка. - Люська, а ты почему в таком непотребном виде? Знала же я, старая, что обманываешь ты своего Данилу, знала, не обмануло меня мое чутье! Тьфу, а теперь сидят тут оба, раздетые, прикрылись бы, бесстыжие!
- Баба Дуся, пожалуйста, не кричите, самим тошно! – мне снова стало очень страшно. И любопытно. – Как вы так смогли сделать?
- Что сделать? – осеклась соседка, подозрительно поглядывая на меня.
- Что, что… Как вы так взлетели вверх? – я показала рукой руины, оставшиеся от нашего подъезда. – Это ж вы со второго этажа до девятого поднялись без лестницы… - я замолчала.
Вдруг голос подал Олег:
- Люд, смотри…
Снизу к нам на крышу поднималось еще несколько человек, это были мои соседи. Кого-то я знала по имени, кто-то был просто знаком на лицо. Они летели как воздушные шарики.
- Молодёжь, чего грустим, - прямо перед нами завис главный по дому Иван Петрович. – Людмила, а где Данил, это что за товарищ?
Я молчала. Иван Петрович подлетел и приземлился рядом с бабой Дусей:
- Теперь мне кто-нибудь объяснит, что здесь происходит?
Тут мы услышали звуки сирен. Это к дому подъезжали пожарные машины, такие маленькие, если на них смотреть с крыши девятиэтажного дома. К подъезду бежали люди, останавливались и смотрели на развалины.
- Помогите! – начала я истошно кричать. – Мы тут!
- С ума сошла? - остановил меня Олег. – Ты же раздетая, увидят же!
- Ну и что? – заплакала я. – Я хочу вниз, а не сидеть на этой крыше…
- Тише, не ругайтесь, - подал голос Леня, немного странноватый сосед с четвертого этажа. Он был экстрасенсом и даже устраивал у себя спиритические сеансы. – Кажется, я понимаю, что случилось. Мы все умерли! И превратились в духов!
- Типун тебе на язык! Цыц! – баба Дуся выпучила глаза на Леню. – Как это мы умерли? Вот я, вот Люська и ее полюбовник. Ты вот тут, живой и здоровый, не мели ерунду!
Леня был неумолим:
- И ни какой я не живой, и вы тоже. Смотрите, - на этих словах Леня коснулся крыши, и его рука прошла сквозь нее. – Нет у нас теперь физического тела, мы всего лишь духи, привидения…
Я слушала Леню и пыталась осознать эти ужасные слова. А еще я думала, что скажет Данил, когда узнает правду обо мне и Олеге. Или мне уже было все равно? Какая теперь разница. С неба лился яркий свет, который притягивал, и я уже потянулась ему навстречу…
Снова раздался грохот.
- Люда, просыпайся, дочка! В институт опоздаешь, - мама стояла рядом с кроватью и теребила меня за плечо. – У тебя уже будильник несколько раз звонил, а ты все не просыпаешься.
Я подскочила на кровати. Господи, я живая, и это был всего лишь сон! Это же надо такому привидеться. Стоп, а что за Олег, Данил, я вроде еще не замужем…
Да и ладно, какая разница! Из кухни вкусно пахло вареным кофе, я натянула на ноги тапки и бодро пошлёпала в ванную.
