Филологи изучают природу возникновения и врастания в речь человека «слов-паразитов» с позиции развития и трансформации структуры языка как элемента культуры, а психологов интересует сам человек и причины, из-за которых он сознательно или неосознанно использует слова в непривычном значении (психиатрические крайности в расчет не берем).
Вот некоторые любопытные примеры таких слов, приобретших новое значение, но при этом не относящихся к сленгу или жаргону.
Словечко «давай»
Парень стоит у выхода из метро и твердит в свой телефон:
- Ну, давай, ага. Давай. Хорошо. Давай.
Это он так прощается. Здесь не следует применять устаревшее понимание слова «давай», как некую просьбу. Представьте, что в ответ на «давай» он в ответ услышит «что давать?» или «даю». Кем угодно такой ответ собеседника будет воспринят как хамство, хотя лингвистически он верен.
Первое, что приходит на ум, если вырвать фразу «давай» из контекста и не утруждать себя попыткой поглубже изучить того, кто вместо слов прощания что-то требует – это проявление признаков инфантилизма. Логика здесь понятна, и она, скорее всего, ошибочна. Мне кажется, что «давай» в данном значении — это напутствие при расставании, и «до свидания», и пожелание успехов, свёрнутые в одно слово.
Словечко «короче»
«Мы, короче, приходим. У меня, короче, никого. Я, короче, ему не стал ничего объяснять...».
Что «короче»? И короче чего? Если воспринимать это буквально, то можно подумать, что некто измерял что-то. И с чем-то сравнивает измеренное. Причём постоянно. Но это вряд ли. Не надо здесь доверять психологам, утверждающим, что причина частого использования словечка «короче» – заниженная самооценка. По этой логике человек в глубине души опасается, что к нему и к его сообщению собеседник может в любой момент потерять интерес. Поэтому он постоянно предупреждает, дескать, я заканчиваю, я коротко.
Можно понимать это словечко «короче» и по-другому. Словечко это бодрит и говорящего, и слушающего. Слушающему это словечко облегчает возможность встрять в монолог собеседника. Слушающий, произнося это слово, останавливает словесный поток говорящего. Например: «Короче, слушай, что скажу…». Очень эффективно. Сам пробовал.
Словечко «такой»
«Я весь такой, смотрю на неё, молчу. А она, такая, на меня как накинется, типа, это от меня всё пошло-поехало…».
Радеющие за чистоту русского языка возможной причиной популярности словечка «такой» назовут бедность словарного запаса говорящего, в сочетании с его примитивным образом себя. Вместо разнообразия характеристик звучит лишь одно словечко – «такой». «Какой «такой»? – вопрошают лингвистические гурманы. «Попробуйте, — говорил раньше я сам, — описать себя, используя предельно разнообразные эпитеты, сравнения, аналогии. Чем более этот перечень будет разнообразным и объёмным, тем более дифференцированным окажется ваш образ себя. Это укрепит вашу внутреннюю независимость от чужих мнений о вас, поскольку для себя вы теперь без посторонней помощи можете найти немало самоописаний».
Да вот только не могу не отделаться от впечатления, что люди нынешние в массе своей, особенно юные, не очень-то зависимы от чужих мнений. Мне кажется, словечко «такой» для юных его пользователей ценно двойным значением, которое они не всегда осознают, но чувствуют его эмоциональную выгоду. Первое значение «я такой» – подача себя как объекта безусловного всеобщего восхищения. Второе значение – самоирония, даже насмешка над собой, выставляющим себя как ослепительно чудесную и бесподобную персону. Такая смесь надёжно защищает человека от встречного скепсиса, одновременно утверждая его в восприятии окружающих как значимую личность.
Конечно, предложенные варианты понимания этих «слов-паразитов» субъективны. Вообще тема психологической природы «онтогенетических» и поколенческих метаморфоз устной и письменной речи весьма многогранна. И слоган «говорим с клиентом на его языке», некогда популярный в Альфа-банке, очень поверхностен. На одном языке с собеседником говорить мало. Желательно стремиться говорить с ним в его логике.
Герман Марасанов
