Почему-то именно сегодня, сидя в кресле мастера одной из городских парикмахерских, я вдруг начал вспоминать, какие были у меня прически за все время. Почти все мы регулярно посещаем это заведение, которое как только не называют: и цирюльня, и салон красоты, и даже новомодным словом барбершоп. В советскую эпоху, а я родом именно оттуда, этих заведений было не так много, ну по крайней мере, в нашем провинциальном городке. Это сейчас, на каждом углу, на любой вкус и толщину кошелька, а тогда мастеров прически знали по имени, и они были уважаемыми людьми. В детстве, еще до школы, меня, естественно, никто не спрашивал, как мне стричься и где. Мой отец был мастером на все руки, и в его руках находили место ножницы с расческой и механическая машинка для стрижки. Звук, который она издавала, мне тогда казался каким-то зловещим, а может это был просто детский страх. То, что оставалось на голове, после такой стрижки, трудно было назвать прической, просто чубчик на голове. Хотя потом, как выясни