Строд Якутский- такое имя ему дали якуты, а печать называла его "якутский Чапаев". Иван Яковлевич Строд, красный командир, искусный мастер таёжных боёв, писатель, полный кавалер Георгиевских крестов Первой мировой воийны и трижды кавалер ордена Красного Знамени (высшей награды Советской России до 1934 г.). В 20 лет он добровольцем вступил в ряды русской императорской армии, а после её развала вернулся на родину, где записался в Латышскую стрелковую дивизию недавно образованной Советской латвийской республики. Всю гражданскую войну он провоевал в Сибири, сражаясь с разными воинскими формированиями белогвардейцев и местных лихих людей.
Самым ярким эпизодом его борьбы за социалистическое будущее России была так называемая «Ледяная осада». 18-дневная осада в условиях жестоких якутских морозов в начале 1923 года в урочище Сасыл-Сысыы (Лисья поляна). Этому бою Строд посвятил одну из своих книг:
"Сегодня в первый раз после ранения я выполз из хотона во двор. Лучи солнца серебрили вершины гор. Тайга, одетая в прекрасный зимний наряд сверкала бесчисленными голубыми огоньками. Я ослеп от яркого солнечного дня, опьянел от свежего воздуха. Самое пылкое воображение не могло бы нарисовать того, что представилось моему взору.
Жуткий вид являл двор нашей "крепости". Снег весь утоптан и залит кровью. Двор завален грязными тряпками, гнойными бинтами, обглоданными конскими костями, ржавыми обоймами, неразорвавшимися гранатами. Повсюду валяются сломанные и целые винтовки, помятые диски от шоша, порванные пулеметные ленты. Тут же в наших окопах-баррикадах лежат трупы. Вот два: один - наш пулемётчик, другой - дружинник противника. Их руки протянуты друг к другу, будто они решили примириться. Немного дальше лежит командир взвода. Глаза широко раскрыты, на губах замерзла кровавая пена. Левая рука протянута вдоль туловища, правая полусогнута на уровне лба, как будто он защищает глаза от слепящего солнца. Еще дальше наш Иннокентий. Глубокие морщины прорезают лоб, глаза прищурены, на лице старого партизана застыло выражение серьезности, озабоченности. Пуля, пронзившая сердце, оборвала жизнь этого красного командира. На окопе у пулемета лежит неуклюжее тело фельдфебеля. Ветер шевелит, перебирает длинные перепутанные космы его волос. Кажется, что он спит. Вот сейчас проснется и пошлёт проклятия тому, кто оторвал его от семьи, заставил бежать в Маньчжурию, а потом в Харбин и дальше в Сасыл-сысы и сделал щитом для красных и мишенью для своих. Больше ста человек трупов и до десятков лошадиных туш вперемешку с балбахами ужасным кровавым кругом замыкали хотон и юрту".
Понравилось? Тогда заходите в нашу группу
там ещё больше интересного. Спасибо