Мертворожденная. Пробуждение. Глава 25 (часть 3)
Мое мнение стоило мне дорого: леший, с котором мы работали бок и бок, и который раньше постоянно травил мне байки из своей жизни, теперь лишь угрюмо молчал рядом со мной, и отводил от меня взгляд. А Маша и Зина вовсе отказывались брать трубку на мои звонки. Сама того не ожидая я оказалась в полосе отчуждения от своих друзей. Даже Рем, с которым мы раньше все время были на связи, почему-то обиделся на меня после нашего с Машей отъезда из-за Милы и перестал отвечать на мои сообщения.
Поздним утром в конце сентября я проснулась в отвратительном настроении. Причин было несколько: первая — сегодня суббота, а значит ближайшие два дня я проведу в одиночестве. Даже собак леший увез сказав, то тех нужно нормально искупать и обработать от блох и прочих паразитов, сухо оповестив меня, что Сеня на выходных не появится в их доме. Вторая причина состояла в том, что сегодня был как бы мой день рождения. Ровно год назад я очнулась на кладбище родного города. Значит, уже год я в этой шкуре. И вот я пришла к тому же, чем окончила тогда: одна, в пустом доме и совершенно никому не нужная. Смерть явно не пошла мне на пользу.
Перед тем как уехать из города, я решила зайти в магазин, чтобы накупить себе разных вкусностей на выходные, как вдруг услышала знакомый голос:
— Эля! — это был Вика, моя двоюродная сестра, для которой сейчас я была просто знакомой из больницы. Рядом с ней стоял её муж, Паша, тот самый, которого я застукала год назад в кафе с молоденькой пассией. Впрочем, уж точно не мне строить святошу, вспоминая, что из окна я вышла как раз по его милости, пылая от безответных чувств к нему и стыда перед Викой за это. Впрочем, совсем уже безответными его чувства не были, учитывая, что наши встречи иногда переходили из вертикальной в горизонтальную плоскость.
Мне стало противно от самой себя, и я пожалела, что ко мне вернулась память. И жить-то со знанием о том, какой сволочью ты являешься грустно, а уж проводить с этой мыслью вечность…
Парочка бывших родственничков подошла ко мне и деваться было некуда. Я вымучила и себя улыбку и сказала:
— Привет!
— Я так рада тебя видеть! — сказала Вика. — Я не могла до тебя дозвониться и на сообщения ты не отвечала. Ты номер поменяла?
— Ага. — уверенно соврала я. — Телефон украли и …
— Виктория, Эльвире нужно сменить памперс, срочно домой!
Я хотела было возмутиться, что это наглый поклеп, как увидела тетю Аню, которая подошла к нам с милым карапузом на руках.
— Мам, ты помнишь Элю? — обратилась Вика к матери. — Она с Костей приходила к нам в гости.
— Смутно. — скользнула равнодушным взглядом по мне тетя Аня. От обиды сердце мое защемило и забилось словно птица в клетке. Малышка вдруг протянула свою маленькую ручку, попыталась схватить меня за локон и рассмеялась.
А из меня словно дементоры выпили соки. На меня накатило осознание того, я что сделала с этой девочкой и какую ношу ей из-за меня придется нести.
— Я так рада, что мы встретились! Даже в больнице тебя искала, но там сказали, что не знают куда ты делась! Давай, я запишу твой новый номер, чтобы я тебе могла позвонить, ладно?
— Лучше я твой запишу, а то я свой ещё запомнить не успела.
Вика продиктовала мне номер, попрощалась со мной, и они всем семейством вышли из магазина. Я проводила Пашу тяжелым взглядом и меня накрыли флешбеки: именно его лицо было у Рема, когда мы встретились с чёртом в первый раз.
Когда я очнулась от воспоминаний, то вдруг осознала, что стою в середине прохода магазина и меня колотит дрожь. Ни вкусностей, ни именинного тортика, ни отдыха — ничего уже не хотелось. Хотелось просто поговорить с кем-то. Но все те, кого я считала близкими отвернулись от меня. Я развернулась было, чтобы выйти из магазина, как вновь услышала голос за спиной, зовущий меня.
— Привет. — улыбался мне Лёва.
— Привет. — буркнула я.
— А чего такая кислая? — насторожился он.
— У меня сегодня день рождения, а никто не поздравил даже. — хмуро ответила я.
— День рождения? А вы, мертворожденные, разве помните…
— Я имела в виду годовщину смерти.
— А вы такое отмечаете? — удивился Лёва.
— Не знаю. — ответила я правду. — Но праздника-то хочется.
— Так давай устроим! — просиял блюститель закона мира нечисти. — Давай накупим всякого вкусного и ко мне завалимся, а?
«А что я теряю?». — подумалось мне. — «Все лучше, чем сидеть в одиночестве и рефлексировать о прожитом».
Продолжение следует....
Большое спасибо за прочтение! Буду рада вашему комментарию!