Приятель Гоша Зильбер-Трутень запустил у нас «на раёне» новый проект — выпуск стенгазеты с философским названием «Who evo zнает».
Недавно позвонил:
— Слышь-чо! Помощь твоя нужна, по газете.
— Денег на фломастеры? — спрашиваю.
— Нет, интервью.
— Хочешь у меня взять? — удивился я.
— Нет, — ответила трубка тоном уже не приятеля, а настоящего главного редактора. — до такого варианта один из нас ещё не дорос. Предлагаю у меня взять. Прям сейчас подходи. По пути и тему придумай.
— Масштаб темы районный? — съязвил я.
— Планетарный! — в тон ответил приятель. — Тебе даже трудиться не надо. Запишу на диктофон и сам потом расшифрую и отредактирую.
Всё-таки я был слегка уязвлён, поэтому согласился с условием, что тему задам я, а он должен выкручиваться, как может. На том и порешили.
Ну, погоди у меня, главред-стенгазет!
Зашёл в «редакцию». Это недалеко — подсобка нашего ЖЭКа: лопаты, веники, стол с куском ватмана, на котором крупными буквами: «WHO EVO ZНАЕТ». Редактор Гоша глубокомысленно курит у окна.
Я с самого порога решил срезать интервьюируемого:
— Господин редактор, растолкуйте, пожалуйста! Вопрос давно интересует жителей нашего района. Вот «ЛИБЕРАЛ» и «ЛИБЕРАСТ» — в чем разница?
Гоша, к моему удивлению, ответил быстро, без раздумий, только затянулся и выпустил дым:
— ЛИБЕРАЛ, уважаемые читатели, это чел, который ведёт себя так, как подсказывает сердце и душа, и говорит, что думает, как есть, и, если что, не смолчит, — то есть дурачок. Типичный пример — я, ваш покорный слуга. Всю жизнь режу правду-матку, поэтому, кстати, на карьерной лестнице вечно спотыкаюсь, как тот Бидон на трапе.
Гоша, давая мне время вникнуть в сказанное, хохотнул, вынул из пачки новую папиросу, стал разминать. Продолжил:
— А ЛИБЕРАСТ ведет себя соответственно тому, что подсказывает карман и чует жопа, и поэтому говорит не то, что есть, а «то, что надо», и громко смолчит, если п*здеть команды не было, — то есть практик. Как говорится, не ищи в человеке либераста по тому, что он кричит, а ищи по тому, где он смолчит! Вот, например, спроси у либераста, кто атомно сбомбил Нирасиму с Хагасакой, и как он к этому относится, и понаблюдай, что с ним будет, гы.
— И что будет? — спросил я с интересом.
— Он побледнеет, вспотеет и скажет, что ему срочно нужно в туалет, и убежит! А если ты его в туалете настигнешь и к стенке прижмёшь, он, озираясь, задыхаясь и пердя, скажет, что «это другое», а ты провокатор и даже фашист!
— Понятно, классика, — промямлил я смятенно. — Но ведь, судя по названию, ЛИБЕРАСТ произошёл от либерала? А? Вроде как помесь либерала с … э-э…— предположил я.
Гоша ответил опять быстро:
— Помесь, да, можно и так сказать. Кстати, возникает путаница, как результат прикрытия — вторые прикрываются невинным фасадом первых, как щитом. Поэтому первых часто и незаслуженно отождествляют со вторыми. Короче, «помесь» в том, что у ЛИБЕРАСТА фейс либерала, а жопа… Ну ты понял. Если образно, то ЛИБЕРАСТ — это «заднеприводной» либерал.
Гоша, кстати, поэт, поэтому образы из него так и прут, порой его трудно остановить. Вот и сейчас:
— Запомните, дорогие радиослушатели, ЛИБЕРАСТ — он и от Родины отвернётся (ну, это по определению), и от колохоста откажется, и маму продаст, если это для него в данный момент ЦЕЛЕСООБРАЗНО, то есть соответствует заданному тренду, поскольку ЛИБЕРАСТ — скотЫна подневольная (это из лексики моей жонки).
Тут Гоша поднял указательный палец и отчётливо произнёс:
— Уточняю, что колохост у каждого свой! Это образ. Не цепляйтесь.
— Мы и не цепляемся, — сказал я за всех читателей, радиослушателей, за весь «колхоз-колохост», — но просто интересно, кто задаёт, так сказать, вектор целесообразности, кто включает стартер заднего привода, который определяет поведение ЛИБЕРАСТА!
Я тоже поддался на Гошины образы, с кем, как говорится, поведёшься…
В ответ Гоша зажал зубами папироску, молитвенно сложил перед лицом ладони и закатил глаза. И сказал:
— Кривым стартером в задах либерастов крутит он, Карабас-Барабас. Его Храм за океаном, а символ его — змея в изгибе, перечёркнутая двумя параллельными…
Я устал от образов и попросил Гошу привести пример поведения «заднеприводного», — чтобы увидеть разницу между теми и этими.
— Элементарно, Ватсон! Для начала отмечу, что ЛИБЕРАСТЫ, хоть и прикидываются глубокомысленными, на самом деле ребята примитивные и, по сути, работают по четырём основным трендам, задаваемым Карабасом:
№1 — «П*здеть» команды — не было!
№2 — была команда — «Не п*здеть!»
№3 — «П*здеть» команда — была!
№4 — была команда — «П*здеть!»
— А разве номера один-два, это не одно и то же, как и три-четыре? — спросил я.
— Не совсем! — ответил философ. — Есть нюансы, чисто по степени свободы. Но в последнее время ими управляют более жёсткими командами, а именно, номер два и номер четыре.
— А хоть какая-то степень свободы у этой подневольной заднеприводной когорты имеется?! — воскликнул я.
— Имеется, конечно, а как же-ж! Но только для того, чтобы показать миру их якобы самостийность, гы-гы!.. То есть свобода-то как бы есть — но только по тренду! То есть можно слегка замедляться и слегка ускоряться. Можно даже локтями ширяться с такими же подневольными. Но зубами к Карабасу не поворачиваться! Только жопой! Иначе «накрылась премия в квартал», ролей не дадут, газету закроют, книгу не напечатают и так далее.
Остапа по-несло.
— И совсем не важно, кто сейчас в Барабасе банкует: «Саксофонист», «Черныш» или «Бидон-спотыкун»! Можешь даже ныне действующего ругнуть, сойдёшь за смелого и свободомыслящего, но к Барабасу, как к системе, ты должен благоговеть! Как сказал поэт: «Поэтом можешь ты не быть…». Нет, вот так: «Бидона можешь не любить, но «про-пиндосом» быть обязан!» Всё понятно?!
Гоша нахмурился, отвернулся, прикурил новую папиросу и стал многозначительно рассматривать какую-то инструкцию в рамке на стене.
— В принципе, да… — сказал я неуверенно, и вдруг меня осенило: — Слушай, а ведь получается, что всё, тобой сформулированное, применимо не только к людям, но и к целым царствам-государствам!
— Ты, благодаря общению со мной, умнеешь на глазах! — великодушно проговорил Гоша и, рухнув на старый скрипучий диван, устало продолжил: — Да, вся эта, якобы независимая, гы-гы, педрическая рать государств — коллективный заднеприводной невольник Барабаса. — Гоша прикрыл глаза и продолжал вяло, как будто уходил в сон: — Зубами к хозяину не поворачиваться! Только ж…
«Ж-ж-ж!..» — это громко зажужжала большая муха, застучала по стеклу закрытого окна.
Я, под этот мирный сонный шумок, удалился, думая о том, стоит ли завтра заикнуться о гонораре или пожертвовать в пользу развития газеты и района. «Who evo знает»! Хорошее, очень человечное название, побуждает к сомнениям, поискам смыслов и жертвенности. И, кстати, название совершенно «незаднеприводное» — у тех ведь, как сказал Гоша, всё наперёд ясно, №1,2 или №3,4!
«Раз-два, три-четыре!
Три-четыре, раз-два!
Кто шагает дружно в ряд?
Либерастиков отряд!..»
(Это сама собой речовка пионерская сочинилась, предложу в качестве преамбулы для Гошиного интервью.)