Азанбек Джанаев - "Аланы в походе. 1947".
"Одним из важнейших терминов ономастики нартского эпоса является несомненно само название нартов, давшее имя и эпосу в целом, и его героям. Проблема происхождения термина нарт, имеющая уже довольно длительную историю, остается весьма спорной. Существующие по этому вопросу точки зрения практически не только нигде не соприкасаются, но и диаметрально противоположны.
Начиная с первых публикаций нартских сказаний в 60-х годах XIX в., этим вопросом интересовались многие исследователи. Не вдаваясь в перечень различных этимологий имени нартов, высказанных за это время, можно отметить, что в настоящее время существуют две взаимоисключающие концепции, вокруг которых разворачиваются основные споры. Первая из них связывает происхождение этого имени с древне-иранским корнем nar (нар), означающим “мужчина”, “герой”, и т.д., вторая - с монгольским нара - “солнце”. Последовательным сторонником последней был В.И.Абаев, по праву считающийся одним из патриархов нартоведения и осетиноведения, точку зрения которого разделяет и Т.А.Гуриев.
Мнение об ошибочности иранского происхождения имени нартов и его связи с монгольским нара - “солнце” было высказано В.И.Абаевым еще в опубликованной в 1945 г. работе “Нартовский эпос”. Однако в этой работе, как отмечает сам В.И.Абаев, взгляды автора на происхождение replhm` нарт не получили развернутой аргументации. Такая аргументация содержится в статье “Дети Солнца” (О героях осетинского эпоса, о Нартах).
Одним из основных аргументов против иранского (древне-осетинского) происхождения имени нартов является ссылка на то, что “иранское нар - означало самец, мужчина, и в этом значении сохранилось в осетинском нал - “самец”. Ни малейших оснований допускать, что параллельно существовала другая форма этого же слова в значении “герой” или что-нибудь в этом роде, у нас нет."
Касаясь этого вопроса, Т.А.Гуриев отметил, что утверждение автора этих строк о том, что древне-иранское р не всегда дает в осетинском л “в какой-то мере справедливо, но не может поколебать тезис В.И.Абаева, т.к. мы действительно имеем в осетинском нал - самец... Думать, что указанное древне-иранское слово дало в своем развитии два результата в осетинском (нал и нар-т) с соответствующими изменениями в принципе не может быть отвергнуто (подч. мной - Ю.Г.), но маловероятно". И далее: «Мы полностью принимаем замечание В. И. Абаева о том, что иранское “нар” должно было закономерно дать и дало в осетинском слово “нæл" и поэтому термин “нарт” не связан с иранским “нар”».
Т.А.Гуриев в конечном счете приходит к заключению о том, что осетинский формант -т в слове нарт выделяется теоретически, и ”неразложимость слова нарт изначальна”. Об этом же свидетельствует и отнесение им термина нарт к словам pluralis tantum, т.е. к словам, для которых множественное число является основной и единственной формой. Но коль скоро это так, а это заключение кажется близким к истине, то естественно напрашивается вопрос, а как в таком случае в неразложимом слове нарт выделяется монгольское "нар" - солнце, что собственно и является основным аргументом сторонников монгольского происхождения имени нартов? Ответа на этот вопрос нет. Следовательно, данный пример также служит доказательством невозводимости термина нарт к монгольскому нар - солнце, с одной стороны, и лишний раз подтверждает, что термин нарт и производные от него нæртон и нарты нæртон не являются фамильными образованиями." ("О ПРОИСХОЖДЕНИИ ТЕРМИНА НАРТ", - Ю. С. ГАГЛОЙТИ). https://m.ok.ru/ocetiyaios/topic/64705174123976
Т.е. очевидно, что обе версии происхождения слова "нарт" (от иранского "нар" - мужчина, самец, герой, и монгольского "нара" - солнце) представляются определенно неубедительными. В самом деле:
1. Как совершенно справедливо отмечается в приведенном выше тексте:
" Т.А.Гуриев в конечном счете приходит к заключению о том, что осетинский формант -т в слове нарт выделяется теоретически, и ”неразложимость слова нарт изначальна”.
Что со всей однозначностью подтверждается и тем, что:
"Прилагательное nærton ‘нартовский; чудесный, дивный’, являющееся производным от термина nartæ [АБАЕВ 1945: 88; АБАЕВ 1973: 170-171], четко указывает на то, что элемент t принадлежит корню (или основе), а не суффиксу. Если бы рассматриваемый термин представлял собой форму множественного числа от несохранившегося *паr, то прилагательное от него имело бы форму *паrоп [ГУРИЕВ 1971: 42]. Почему же, вопреки законам осетинского языка, в прилагательном nærton показатель множественности не выпал?" ("К ЭТИМОЛОГИИ ТЕРМИНА NART", - Ю. А. ДЗИЦЦОЙТЫ). https://vncran.ru/upload/nartamongae/2008/64-96.pdf
Т.е. принадлежность буквы t к корню, а не к суффиксу в слове "нарт" является свидетельством несостоятельности и иранской (корень - "нар"), и монгольской (исходное слово - "нара") версий этимологии данного термина.
2."Наличие форм Nartæ (именит. падеж) и Nartæm/Nartæmæ (направт. падеж) не могут служить доказательством того, что термин "Нарт" представляет форму множественного числа и разлагается на основу nar и показатель множественности t, так как мы имеем и формы Nart (именит. падеж) и Nartmæ/Nartmæ (направит. падеж). Кроме того, наличие слов с окончанием -т/-тæ, но не являющихся показателем множественности в этих словах и склоняющихся, при этом, как множественное число, не дает абсолютной убежденности того, что форму Nartæm/Nartæmæ получаем из-за показателя множественности." https://iratta.com/2007/07/16/k_voprosu_teorii_mongolskogo_proiskhozhdenija_termina_nart.html
Т.е. и из иранского - "нар", и из монгольского - "нара" получается множественное число в именительном падеже в форме - "нартæ", а в направительном падеже - "нартæм". Однако в Нартском эпосе превалируют формы - "нарт" в именительном падеже множественного числа, и - "нартмæ" в направительном падеже множественного числа, что также является свидетельством в пользу того, что слово "нарт" не является производным ни от иранского - "нар", ни от монгольского - "нара".
3. "Рядом с формой множественного числа, как правило, существует форма единственного числа. Для рассматриваемого слова "нарта" такой формой должна быть основа паr-. Удивительно, что данная форма не засвидетельствована не только в языке осетинского фольклора [ГУРИЕВ 1971: 39 ], но и в языке фольклора других народов Кавказа, усвоивших нартовский эпос." https://vncran.ru/upload/nartamongae/2008/64-96.pdf
Т.е. от множественного числа "нарта" мы должны иметь форму единственного числа - "нар" (нар Сослан, нар Хамыц и т.д.), но в Нартском эпосе мы имеем лишь формы - "нарты/нæртон" (нарты Сослан, нæртон Сослан и т.д.), что также свидетельствует в пользу того, что слово "нарт" не является производным от иранского корня.
4. И форма, и употребление термина "Нарт" стоит ближе к обозначению рода, племени, народа, но не к фамильному или сословному названию.
Т.е. если бы слово "нарт" было фамильным названием, на чем настаивают сторонники монгольской версии, то мы бы имели в множественном числе исключительно форму "нартæ" (Алæгатæ, Ахсæртæгкатæ, Борæтæ и т.д.), но по факту имеем множественное число в форме - "нарт", тогда-как осетинские фамильные формы в именительном падеже без окончания - æ представляются просто-таки смехотворными и бессмысленными (например - Алæгат, Ахсæртæгкат, Борæт и т.д.).
Если бы слово "нарт" было не родо-племенным, а сословным названием - сословия воинов (т.е. исключительно воинского сословия Ахсартагката), на чем настаивают сторонники иранской версии, то в Нартском эпосе к нартам причисляли бы исключительно мужчин-воинов ("нар" - самец, мужчина, герой), однако в эпосе мы имеем и "нарты Сатана - которая не являлась воином, нарты адам- нæртон сылгоймагта, нæртон сываллæттæ, нæртон ас адæймагта, нарты Сырдон - который не являлся воином и т.д.), что говорит в пользу того, что осетинские слова "нарты" и "нæртон" являются определителями принадлежности к роду/племени/народу.
Об этом же свидетельствует и широко распространенное в Нартском эпосе словосочетание "æртæ нарт" (Алагата, Ахсартагката, Бората), так-как наряду с воинами-Ахсартагката к нартами причисляются и не воины Алагата (жрецы) и Бората (земледельцы/скотоводы/ремесленники). И все эти три сословия: жрецов, воинов и земледельцев/скотоводов/ремесленников - представляют собой очевидный пример трех-кастовой организации традиционного ирано-арийского общества. Т.е. очевидно, что слово "нарт" в Нартском эпосе представляет собой название трех-кастового, трех-сословного племени/народа нартов.
Т.е и данные аргументы свидетельствуют о неубедительности и иранской, и монгольской версий происхождения слова "нарт", так-как и форма, и употребление термина "Нарт" стоят ближе к обозначению рода, племени, народа, а не к обозначению фамильного названия (на чем настаивают сторонники монгольской версии) или же сословного названия исключительно воинского сословия Ахсартагката, (на чем настаивают сторонники иранской версии).
Имеется третья версия этимологии слова "нарт", предложенная М. Тугановым:
"Что такое слово "нарт"? Нарт есть соединение двух слов:"нæ арт" (наш огонь, очаг) - место, откуда разбрелись некогда цельный народ - осетины." - Махарбек Туганов, корифей осетинского национального искусства, основоположник осетинской школы живописи. https://iriston.com/nogbon/news.php?newsid=1254
Эту версию этимологии слова "нарт" рассмотрим во 2-ой части данной статьи.(Смотрите по ссылке на эл. адрес статьи)- https://dzen.ru/a/ZkCbk75L0A2WiKyw