Труженица тыла из Туймазов с 14 лет трудилась в колхозе

Многое повидала на своем веку уроженка Нуркеево Закира Муллагалеева. Деревенская жизнь во все времена была нелегкой, но особенно тяжело приходилось в военные годы. С болью в голосе и со слезами на глазах труженица тыла рассказывает о своем детстве и юности.

– В предвоенные годы мы жили – бед не знали! А вот когда началась война и отца забрали на фронт, стало тяжелей, – вспоминает Закира Зигандаровна.

Глава большой семьи, в которой на тот момент подрастало пятеро детей, ушел на фронт в первые же дни войны. Взрослых мужчин в семье не осталось, и вся работа легла на женские и детские плечи. С 14 лет Закира трудилась в колхозе «Ярыш» родной деревни Нуркеево. Работы хватало круглый год.

Весной подростки бороновали землю – в плуг впрягали лошадь и с силой толкали нехитрое приспособление вперед. На это дело их ставили парами, но Закира всегда надеялась исключительно на себя. Эту работу она выполняла в одиночку, при этом никогда не отставала от других. Ее конь по кличке Самик был не только покладистым, но и умным. Часов у Закиры не было и время обеда подсказывало животное. В полдень Самик останавливался и начинал озираться по сторонам, а потом пристально смотрел на свою хозяйку, мол, хватит, у нас сейчас обед по расписанию.

Посевная тоже не обходилась без детворы. Пока один подросток сидел верхом на лошади, которая тащила за собой сеялку, другой следил за тем, чтобы сеялка не забивалась зерном и семена равномерно ложились в пашню.

Поспела пшеница – тут в дело вступала лобогрейка.

– Так называлась простая жатвенная машина, – поясняет Закира Зигандаровна. – Она срезала колосья, а я вручную откидывала их ровным рядом, чтобы комбайну удобнее было их собирать. А лобогрейка – потому, что машина работала споро, и снопы нужно было очень быстро сбрасывать. В результате лоб работников был все время мокрым, пот крупными каплями скатывался с лица.

Однажды к нам на поле приехало начальство из райсовета. Пояснили – хотят посмотреть, как идет уборочная. Увидели, какими ровными рядами укладываю пшеницу, похвалили. А через несколько дней меня и еще одного парнишку пригласили в Туймазы. Страшно было, всю ночь от переживаний не спала! Оказалось, что нас решили наградить – в райсовете мне в качестве поощрения вручили красивый цветастый платок. Я его только на выход надевала – в гости или в клуб на танцы.

По словам моей собеседницы, в те годы они даже помыслить не могли, что можно не выйти на работу.

– Наши отцы и братья, на фронте, а мы что же – станем отлынивать? Конечно, нет! – говорит труженик тыла. – Я и конюхом работала, и 50-килограммые мешки с урожаем выгружала на элеваторе, и корни девясила в нижнетроицких лесах собирала. Мы его потом сушили, сдавали в колхоз, а оттуда отправляли на фронт. А ближе к зиме нас отправляли на заготовку дров. Как-то на двух телегах повезли их в Кандры. По дороге арба наехала на крупный камень и перевернулась. Я оказалась полностью заваленной дровами. Хорошо, что лошадь остановилась. Если бы она пошла дальше, я бы погибла. Мой крик услышал односельчанин, который двигался чуть впереди. Он меня и спас. Несколько дней на работу не выходила, а боль в колене так и осталась на всю жизнь.

Отец Закиры вернулся с войны только после полной капитуляции фашистов. Стали возвращаться в Нуркеево и другие мужчины. Жизнь понемногу входила в прежнюю колею. В местном клубе стали появляться парни, которые только вчера сменили солдатскую форму на гражданскую. Одним из них был Мухаметвали. Высокий молодой человек, превосходно играющий на гармошке, лейтенант медицинской службы – одним словом, видный жених. Многие девушки мечтали оказаться с ним рядом, а он выбрал Закиру. Два месяца они встречались, а потом поженились.

Шли годы, в семье один за другим родились шестеро детей. Все они получили хорошее образование, выросли порядочными людьми. Мухаметвали Миннигареевич несколько лет проработал в Татар-Улканово фельдшером, Закира Зигандаровна трудилась там же санитаркой. Но медикам тогда платили катастрофически мало, и глава семьи ушел из медицины, устроившись в газовую службу. Хозяйка большой семьи стала работать на заводе железобетонных изделий. После выхода на пенсию она не смогла усидеть дома. Она еще 12 лет трудилась техничкой в АО «Уралтехнострой-Туймазыхиммаш».

В свои 96 лет Закира Зигандаровна жизнерадостна, гостеприимна и благодарна всем, кто ее окружает. Она утверждает, что может все делать самостоятельно, но дети, внуки и правнуки ее не оставляют.

– Живу, как в санатории. Несколько месяцев со мной рядом находится дочка Зоя – она приезжает ухаживать за мной из Казани. Когда она уедет, ее сменит дочка Рузиля. Дети берегут меня, как хрустальную вазу. Хотя я сейчас больше исторический раритет, – улыбается ветеран. – Всем желаю самого главного – мира. В мирное время можно и мечтать, и планы строить.

Фото Зили Абдуллиной.