Международный валютный фонд, в очередном докладе опубликовал заявление, которое повергло многих неподготовленных людей в шок. Россия вошла в топ-10 мировых экономик, которые росли самыми высокими темпами в 21 веке.
Но есть ряд нюансов. Экономики рассматривались крупнейшие, объем которых превышает 100 миллиардов долларов. И в 21 веке, у нас в номинальном выражении рост составил 7,7 раз. Безусловно, еще необходимо списывать на долларовую инфляцию, которая характерна для всех стран. Почему-то многие привыкли считать, что у нас слабая экономика, что нет перспектив экономического развития, высоких темпов роста - все это не так.
Самая главная причина, почему у нас нет устойчивого роста высокими темпами, заключается в нас самих, в той политике, которую проводит Центробанк, в той политике, которую проводит Министерство финансов. Но во многих других странах, политика еще хуже.
Что важно понимать? Нам, безусловно, важен не конкретный показатель, главное то, на какой мы находимся стадии развития, что происходит, и самое главное каковы долгосрочные тенденции.
В 21 веке экономический рост можно четко разделить на три этапа по десятилетиям. То есть, с нулевого по 2010, с 2010 по 2020, с 2021 по настоящее время. Что было в нулевых годах думаю многие помнят, тогда все преимущественно радовались высоким темпам роста реальных доходов. Подобное было, но тогда у нас имелось скорее догоняющее развитие, которое во многом было основано на высоких ценах на нефть.
Политика была абсолютно либеральной, прозападной, но она дала свой результат, потому что по-другому было невозможно. В то время наша экономика находилась на самом дне, и не было ясно, что можно ожидать, кроме как высоких темпов роста, при минимальном вмешательстве государства. То есть они были естественны при любой политике, хоть при либеральной, хоть при государственной, хоть еще при какой, хоть при плановой, это никак не влияет.
Но какой самый главный минус той политики, которую проводили системные либералы под руководством того же Алексея Кудрина. В начале нулевых, под руководством ныне иностранного агента Касьянова, она не имела перспектив. То есть рано или поздно эти высокие темпы роста должны были закончиться. И кризис 2008−2009 года показал, что все, дальше такого не будет. И та планка, который мы достигли, при продолжении такой политики, она была бы с нами не долго. Но, собственно, так и получилось.
Данная модель не имела изначальных перспектив. Да, она помогла в моменте обеспечить высокие темпы роста ВВП и доходов населения, но дальше все. Что было за этим, непонятно. Не была возрождена ни промышленность, не были осуществлены инвестиции в технологическое развитие. В общем-то, формула примитивная. Продадим нефть, природные ресурсы, купим все остальное.
К чему подобная политика привела? К стагнации практически десятилетней, что является вполне логичным завершением несмотря на то, что в моменте все-таки было достаточно неплохо.
Итак, десятые годы, в особенности период с 14 по 20-й, это та самая стагнация либерализма, экономическая стагнация, высокая ключевая ставка, сокращение бюджетных расходов, вообще жесткая денежно-кредитная политика, отсутствие инвестиций. И что самое главное, куда мы шли, на что рассчитывали было совершенно непонятно.
Но если мы не берем восстановительный темп роста в 4−4,5% в первые годы 10-х, а посмотрим с 2014 по 2019, включительно, то мы увидим экономический рост в среднем в 1,8%. Ну что такое 1,8%? Да, формально, номинально это рост, но де-факто это стагнация и даже деградация, потому что весь мир рос темпами в два раза выше. Наша доля в мировой экономике сокращалась, и, соответственно, мы деградировали.
И опять, не было инвестиций: ни в промышленность, ни в технологическое развитие, да даже в сферу услуг имелись весьма скромные показатели по вложениям. Но двадцатый год - ковид, новое правительство, и все очень быстро поменялось. Политика буквально за пару лет перестала быть либеральной, перестала быть прозападно-ориентированной, хотя после 14-го года этим, безусловно, нужно было заниматься. И пошел курс на интенсивное развитие внутреннего рынка на основе преимущественно собственных ресурсов.
Собственные ресурсы не нужно воспринимать примитивно, что это нефть, газ, вообще в целом природные ресурсы, нет. Это и объем рынка, это наш научный потенциал, технологический, собственные трудовые ресурсы, высококвалифицированные кадры. Те возможности, которые были, ими новое правительство, тогда новое правительство Михаила Мишустина, сейчас уже переназначенное, отлично воспользовалось.
И если мы вспомним 20-й год, мы вышли из жесточайшего кризиса с минимально возможными потерями в 2,2% ВВП, а уже в 2021 году плюс 5,8 было. 22-й год опять уверенно пройден, 23-й плюс 3,6. В первом квартале этого года 4,6%.
То есть высокий темп роста продолжается, и раз уж мы начали с рейтинга МВФ, то та долгосрочная тенденция, важность которой необходимо понимать, говорит о том, что по итогам 20-х годов Россия опять имеет все возможности войти в топ-10 крупнейших экономик по темпам роста.
Однако каково будет главное отличие от ситуации нулевых годов? Оно будет заключаться в том, что рост не экстенсивный, не сырьевой, за счет экспорта нефти и газа, а именно суверенный, технологический, и это рост того реального сектора, который необходим индустрии, промышленности, новым технологиям.
И даже, продолжающаяся жесткая денежно-кредитная политика Банка России, она не может помешать тому результату, который получается. Поэтому, лично я, смотрю оптимистично на разворачивающуюся тенденцию.
Но что будет в реальности, сейчас прогнозировать сложно. Ситуация в мире геоэкономическая, в первую очередь, идет по относительно непредсказуемому сценарию. И черных лебедей действительно может быть много.