Поехать в Ореховку решили в субботу утром. Встали пораньше, загрузили машину покупками. Проезжая по городу, Клавдия воскликнула:
- Как же хорошо рано утром! Машин мало, воздух такой свежий. Люблю лето — тепло, светло...
- И мухи не кусают, - смеясь, добавила Люба. - День длинный, никакой гололедицы на дорогах.
Клавдия искоса посмотрела на неё:
- Вот лучшее время, чтобы тебе научиться вождению и получить права.
- С понедельника начинаю, уже записалась. Только и по субботам тоже буду ходить на курсы, - вздохнула Люба. - В этот раз я поняла, как тяжело вам одной на длинные расстояния ездить, обязательно нужна подмена.
- Вот и замечательно. А в Ореховке все условия, чтобы тебе учиться вождению, - можно по поляне, можно по грунтовой дороге ездить.
Некоторое время ехали молча. Неожиданно Люба спросила:
- А Николай Васильевич больше не звонил?
- Нет. А для чего? Всё же понятно с ним — зачем ему такая обуза на старости лет?
- Ну, какой же он старый? Совсем нет, - пожала плечами Люба.
- Да, сейчас он ещё, конечно, не старый. Но ведь ребёнка берём не на год или два, а фактически на всю жизнь, даже когда она вырастет, ей будут необходимы внимание, материальная поддержка. Точно так же, как и родным детям.
За разговорами быстро доехали до поворота на Ореховку. Люба, пристально вглядевшись в дорогу перед собой, воскликнула:
- А Наташа уже стоит у ворот, нас поджидает.
Они подъехали к дому, остановились, и тут же стремглав Наташа помчалась к ним.
Подбежала, радостно сверкая глазами, остановилась в нерешительности перед Любой.
Люба раскинула руки:
- А кто меня будет обнимать, сестрёнка?
Наташа подошла, осторожно обняла её за талию, спрятав лицо.
- Да кто же так обнимает?! - засмеялась Люба.
Она схватила Наташу под мышки и покрутила вокруг себя, поставила на землю:
- Теперь тётю Клаву иди обнимай, а потом пойдём с твоей бабулей здороваться.
Клавдия, обнимаясь с Наташей, мельком заметила машину, стоявшую поодаль. Мелькнула мысль, что на выходные городские съезжаются в деревни, откуда они вышли.
А когда зашли во двор, Клавдия увидела со спины высокого мужчину, который примерял кусок доски к забору.
Спросила удивлённо:
- Наташа, а это кто?
Наташа, закрыв ладошкой рот, заливисто засмеялась:
- Тётя Клава, это же дядя Коля! Ты что, его не узнала?
Николай Васильевич повернулся и, улыбнувшись, сказал:
- Наточка, я сейчас закончу и приду. А ты приглашай гостей в дом.
Клавдия в полном изумлении спросила:
- Откуда вы здесь?
- Да из Москвы мы, - засмеялся Николай Васильевич. - Вот в гости к Степановне и Наташе заглянули.
- И как ты узнал?
- Тоже мне, секрет Полишинеля... Разведка донесла, - хмыкнул он.
- И кем ты им представился?
- Кем, кем... Мужем твоим, конечно.
- А меня почему не спросил?
- Как не спросил?! Давно спросил, и ты мне не отказала, так ведь? Или память у тебя девичья, забыла всё? - не переставая улыбаться, отвечал Николай Васильевич.
Клавдия глубоко вздохнула, не зная что и говорить.
- Знаешь, Клава, - он стал серьёзным. - Нельзя вот так, одним махом, ломать отношения. Надо нам, мужикам, делать небольшую скидку — в таких деликатных делах мы бываем иногда слегка тупыми. У вас, женщин, на первом месте — эмоции, чувства, а у нас — рассудок. Ладно, иди поздоровайся со Степановной, а я сейчас закончу и приду.
Клавдия немного задержалась на крыльце, стараясь привести себя в чувство от такой неожиданной встречи.
- Да, удивил, так удивил, - вслух произнесла она. - А ведь он прав — нельзя вот так рубить с плеча, как я это сделала.
Зашла в дом и по вопросительному взгляду Любы сразу поняла, что это она сообщила адрес Наташи Юрию или Николаю. Улыбнувшись, кивнула ей. Люба облегчённо вздохнула, понимая, что всё разрешилось хорошо.
Наташа, радостная и оживлённая, воскликнула:
- Давайте завтракать. Мы только вас ждали.
Уже за столом Николай Васильевич, посмотрев на Клавдию, спросил:
- Клава, ещё раз спрашиваю при свидетелях — замуж за меня пойдёшь?
- Конечно, я же обещала, - улыбнулась она.
- Вот и хорошо, - серьёзно сказал Николай Васильевич. - Я договорился в сельсовете, нас в одиннадцать часов ждут. Надеюсь, паспорт у тебя с собой.
- Сегодня в одиннадцать в сельсовете? - в изумлении воскликнула Клавдия.
- Да, а что? Ты хочешь во дворце бракосочетаний в белом платье и фате пройтись?
- Нет, нет, но ведь там заявление сначала надо подать?
- А мы напишем заявление до того, как нас распишут. Мы ведь не желторотые юнцы, нам не надо времени для раздумий. Так ведь, Анна Степановна?
Степановна кивнула, с надеждой глядя то на Николая, то на Клавдию.
- А свидетелей где найдём?
- А чего их искать? У тебя Люба, а у меня сосед Степановны - он не откажет, - улыбнулся Николай Васильевич.
Клавдия вздохнула:
- И когда это ты всё это придумал?
- Я же вчера приехал, мы с Анной Степановной всё обговорили. Да ты и сама знаешь, что это необходимо сделать как можно быстрее.
Степановна подняла на него слезящиеся глаза:
- Коля правильно говорит, надо торопиться. Я и так задержалась, силы мои давно на исходе.
Наташа подошла к ней, прижалась:
- Бабуля, не говори так...
Степановна ласково погладила её по голове:
- Наточка, ты же у меня мудрая девочка, всё понимаешь. Это ведь неизбежно. Слава Богу, ты останешься с хорошими людьми, правда? А для меня это очень важно — моя душа будет спокойна за тебя.
В сельсовет отправились все, кроме Степановны. А в двенадцать часов уже снова сидели за столом, у Степановны в доме. Пригласили председателя сельсовета, секретаря, девушку лет девятнадцати, соседа с женой. Николай Васильевич достал из машины бутылку коньяка, улыбнувшись, поставил на стол:
- Как знал, что пригодится.
Степановна, не выпуская руки Наташи, тихо сказала:
- Будьте все счастливы. Спасибо вам за внучку.
За разговорами никто не увидел, что она вышла из-за стола и ушла в свою комнату, прилегла на кровать. Только Люба заметила, как насторожилась и вдруг заплакала Наташа.
И сразу же в проходе комнаты, где спала Степановна, появился неясный женский силуэт. Он постоял некоторое время, как будто прощаясь со всеми, а потом проплыл к выходу и исчез.
Клавдия обняла Наташу:
- Мы всё сделали вовремя. Самое главное, у твоей бабули сейчас спокойно на душе. И мы с Колей сделаем всё для тебя, чтобы не разочаровать её.
***
Продолжение следует...