Каждое утро и каждый вечер
В попу я втыкаю свечи,
Чтоб проклятый геморрой
Не вернулся в зад родной!
Именно в таком развлекательно-публицистическом стиле я решил описать приключения на свою задницу, в прямом смысле этого устоявшегося выражения. А что еще делать с решенной проблемой, только посмеяться над ней и поведать миру как её решить. И сразу хочу сказать, что сей опус не является рекламой, а только описание моей истории и моих ощущений в свете обозначенной проблемы, и именно поэтому я буду указывать конкретных людей и конкретные организации. Отдельные части этой «статьи» могут быть опубликованы на тематических сайтах.
Итак, всё на самом деле начиналось совсем не смешно. Не даром жизненные проблемы называют «геморроем». Это то, что вас беспокоит, причиняет дискомфорт и так или иначе бьёт по вашему здоровью. Геморрой – такая штука, которая проявляется постепенно, и сначала ты её вообще не замечаешь, потом замечаешь, но не обращаешь внимания, потом обращаешь внимание, но у тебя нет времени, чтобы уделить достаточно внимания, а потом это начинает всерьёз тебя беспокоить, и вот только на этом этапе многие идут к врачу. Вот и я таким же образом прошел этот путь до третьей стадии. Дальше только четвертая, но я не представляю, какую нужно иметь силу воли или наплевательское отношение к себе, чтобы дотянуть до четвертой стадии. Хотя допускаю, что есть третья причина – страх/стыд решать эту проблему. Так вот, моё первое обращение к человеку с проблемой геморроя, который читает эти строки: не бойтесь и не стесняйтесь решать эту проблему (забегая вперед) хирургическим методом. Тот дискомфорт и кровопотери совершенно того не стоят, чтобы постоянно мучаться. А тем, кто себя еще не довёл до третьей стадии, также рекомендую обратиться к специалисту, чтобы не усугублять собственное состояние.
Но мы ж не в каменном веке живём, и в поисковиках пока никого не забанили, поэтому я решил сначала изучить мат.часть, а как вообще бороться с тем, что уже начинало надоедать. Был сделан вывод первый – нужно делать операцию. Обнаружил вариант операции Лонго, ознакомился, даже какую-то анимацию нашел, как это дело происходит и понял, что это не мой метод. Вообще, для меня были важны следующие факторы в порядке убывания их значимости: а) время реабилитации; б) срок, после которого можно хоть как-то сидеть; в) стоимость операции. Вариант делать операцию по ОМС отпал как-то сам, поскольку, как оказалось, попасть к специалисту в нашей поликлинике вообще невозможно, а только по направлению в больницу, и вообще только к одному специалисту, и то к женщине (см. выше про стыд). Поиски продолжились, и был найден другой метод – HAL-RAR, HAL-лазер. Вот тут описание было уже поинтереснее в плане удовлетворения моих факторов а и б. Не буду описывать сам метод, в интернете достаточно информации по этой теме. Но, пожалуй, стоит упомянуть оборудование, которое было применено в моём случае: это A.M.I. HAL-Doppler II и НТО "ИРЭ-ПОЛЮС" FIBERLASE S. Возможно, эта информация пригодится специалистам, поскольку использование именно этих инструментов дало положительный результат без всяких НО. Инструмент, каким бы хорошим он ни был – ничто, если он не находится в руках профессионала. Поэтому далее начался поиск клиник и специалистов, которые делают операцию именно таким методом. Один из вариантов привёл в медицинский центр «СМ Клиника», он меня помимо необходимой услуги еще привлёк непосредственно не очень далёким расположением от дома, а именно на Курской.
Немного о самой клинике. У неё есть как минимум три здания в Москве, в двух из них - на Курской и на ВДНХ - я побывал. На Курской это особнячок минутах в 10-15 ходьбы от станции м. Курская. Снаружи он выглядит, конечно, значительно изящнее, чем внутри, где царит в общем обычная рабочая обстановка как в поликлинике. Но тем не менее, чисто, опрятно, хоть и коридоры местами узковатые, зато кабинеты просторные. На ВДНХ я был в стационаре. Палата была на троих пациентов, но фактически сосед у меня был только один. К палате прилагается большой санузел с душевой. Удобные механизированные койки с возможностью поднять спинку и сделать изгиб в районе колен. Так же полагалось вафельное полотенце и халат. К сожалению, и то, и другое одного типового размера и халат явно не рассчитан на такого крупного кабана ростом 187 см, как я. На мне он смотрелся скорее как кимоно для дзюдо. Поэтому настоятельно рекомендую брать свой халат, а если его нет, то обзаведитесь им, он точно пригодится потом дома. Учитывая специфику операции, можно было ограничиться только дневным стационаром или остаться на сутки. Я предпочел первый вариант, поскольку хотел быстрее вернуться домой, но потом немного пожалел, что не остался до утра. По крайней мере, можно было никуда не торопиться, хотя всё зависит от соседей по палате, а тут уж как повезёт. Персонал очень доброжелательный, а на ВДНХ было заметно по общению персонала между собой, что сами по себе отношения в коллективе как в большой семье.
Но мало было выбрать клинику, нужно было выбрать специалиста, и тут выбор пал на Пензова Дмитрия Александровича. Положительные отзывы других пациентов тут, конечно, сыграли свою роль, но не только на них я опирался. В первую очередь, это всё-таки опыт практической работы. Медицина в целом и хирургия в частности – это практическая наука, нельзя научиться оперировать только изучая предметную литературу. Во вторую очередь, уже на приёме был виден абсолютно профессиональный подход к делу: осмотр, диагностика и выдача реальной картины без красот и прикрас. На целый список вопросов, которые я заготовил заранее, я получил полный и исчерпывающий ответ. Тут же сразу согласовали дату операции буквально через неделю. Итого, что я увидел на первом приёме: специалиста, находящегося или на максимально возможном уровне своих умений или находящемся в одном шаге от него, прямого, честного. И что немаловажно, не останавливающегося на достигнутых знаниях и умениях. Об этом я сужу по его рассказам об оборудовании, на котором он успел поработать и о желании попробовать посмотреть в работе что-то новое. На послеоперационных приёмах в ожидании я встречал достаточно пожилых пациентов Дмитрия Александровича и должен отметить его очень уважительное отношение и общение с этой категорией пациентов. На самом деле, он уважительно относится ко всем, но к ним, видимо, особенно, да и чувством юмора не обделён. Вот это всё вкупе даёт главное чувство – доверие. И, лежа на операционном столе, я был абсолютно спокоен, даже немного удивительно для самого себя, и всё потому, что я доверяю себя профессионалу. Тут вспоминается сцена из фильма «Покровские ворота»:
— Я лежал на столе, обнажённый и беззащитный, со мной могли сделать всё, что угодно!
— Ну зачем вы так? Чего не надо, не сделают.
— Откуда у вас такая уверенность?
— Просто я медицинский работник. Я знаю.
Я, конечно, не медицинский работник, но я знал то же самое. И было бы неправильно поставить точку на операции, которая прошла успешно, хоть и в процессе выяснилось, что мой масштаб трагедии несколько больше обычного. Поэтому операция продлилась 50 минут вместо обычных 30. Это, к слову, о продолжительности. После операции Дмитрий Александрович всегда на связи, звонками я не беспокоил, а вот некоторые вопросы решал через WhatsApp, что лично мне более удобно. В таком же деловом ключе проходили и последующие приёмы, на которых корректировались послеоперационные действия и лекарства. Если меня спросят, к кому идти с проблемой геморроя, то я скажу, что к Пензову Дмитрию Александровичу. Но тут тоже надо отметить, что это далеко не единственная его специализация.
Еще один хирург, с которым мне посчастливилось познакомиться перед операцией, это Лавриненко Андрей Викторович, он оперировал моего соседа по палате с кистой копчика и, насколько я понимаю, так же принимал участие в моей операции. Так уж получилось, что это очень скоротечное знакомство, но даже по нему я также могу судить о так же высоких профессиональных качествах.
Получив на первой и, так уж получилось, предоперационной (бесплатной) консультации рекомендации по подготовке к операции, а также тут же сдав все анализы прямо на месте (на это я тоже сразу рассчитывал и поехал натощак), я отправился домой закупаться необходимыми лекарствами и свечами. Всё это, разумеется, стоит денег и за «удовольствие» нужно платить. Что я могу сказать по финансовой стороне вопроса: понятное дело, что каждый случай уникальный и должен оцениваться отдельно, поэтому, если кто-то решит пройти по моему пути, то для того, чтобы не просесть в финансовую яму на момент начала пути (начало 2024 года), нужно иметь около 200 000 руб. в запасе. В них войдут по большей части сама операция и предоперационная подготовка, на послеоперационный период нужно около 50 000 руб., тут всё будет зависеть от ваших способностей к регенерации. Я не хочу никого пугать этими суммами, но лучше знать примерный порядок цен и быть готовым их заплатить, чем потом сводить концы с концами и влезать в долги или кредиты. Да, можно немного сэкономить, если сдавать анализы не в самой СМ Клинике, но, пожалуй, это единственное, на чём можно сэкономить. Мне также дополнительно нужно было делать УЗИ вен нижних конечностей из-за явного присутствия варикоза.
Неделя прошла достаточно быстро, и в назначенный день я отправился в клинику, находящуюся на ВДНХ. Там находится стационар и несколько операционных. На первом этаже меня быстро оформили две веселушки и сопроводили наверх, далее заселился в палату и какое-то время был в одиночестве. Заполнил бланк меню на ужин (обязательно берите кефир).
Операция была запланирована на 15:00, а прибыл я в клинику в районе 10:00, и, надо сказать, то таймингу всё вышло прямо идеально. Перед операцией мне еще предстояло пройти осмотр терапевта. Вот в этом месте я просто обязан сделать ремарку. Проходить терапевта нужно чем раньше, тем лучше, потому как перед самой операцией за час нужно выполнить очистительные клизмы, а они работают по принципу раздражения слизистой оболочки кишечника, вследствие чего поднимается температура. Поэтому у терапевта у меня температура была чуть ниже 37.0, и это при том, что я успел немного остыть. Но благо начало еще немного задержалось, и я успел вернуться к своей нормальной температуре. За это же время в район кисти поставили катетер.
И вот наконец с грохочущей каталкой за мной пришли. Раздели донага, перебинтовали ноги эластичным бинтом. Кое как я взгромоздился на каталку (а она достаточно высокая). Скрестил руки на груди, меня накрыли одеялком. И поехали по коридорам. Часто в фильмах показывают такой вид от лица человека, лежащего вверх лицом. Забавно увидеть его своими глазами, а не с экрана телевизора. Через лифт спустились и доехали до операционной, где я уже переместился на стол. Что меня немного удивило, что там абсолютно ничем не пахло. Обычно как, идёшь в стоматологию, там свой специфический запах, или кровь сдавать, там свой, а тут как будто бы вообще ничем. Видимо настолько стерильный воздух. Прилепили на меня датчики, надели манжету для измерения давления, воткнули в катетер капельницу. Что-то еще потом ввели туда же и предупредили, что может возникнуть головокружение. Ждал этого эффекта, но так ничего и не закружилось. Послышалось: «О! А вот и наши операторы!», позитивно так, поприветствовали друг друга. Потом кто-то подошел со стороны головы и сообщил: «Это кислородная маска», и где-то левым глазом я действительно увидел эту маску. Впоследствии, прокручивая всю эту сцену несколько раз в памяти, я понял, что это последнее, что я видел и слышал в сознании. То есть я настолько быстро и незаметно для самого себя провалился в сон, что это осознал только потом. Было еще одно смутное впечатление, причину которого я тоже понял только потом. Оно заключалось в том, что мне казалось, что я механически не дышу, но при этом не задыхаюсь. Похожее впечатление люди испытывают, когда им снится, что они под водой дышат. Но тут природа происхождения именно такая, за вас дышит аппарат ИВЛ. И этого тоже не нужно бояться, находясь на ИВЛ, у вас нет ни единого шанса задохнуться или выйти из наркоза раньше времени. И именно поэтому после операции в горле страшнейший сушняк. Опять возвращаясь к «Покровским воротам», я «отдохнул под наркозом», даже какой-то сон видел. Выпав из сна и приоткрыв глаза, стало понятно, что я уже где-то в другом месте. Вокруг приглушенный свет, спереди ширма, справа за столом кто-то из персонала. Поинтересовался сколько времени, получил ответ 17:40. Но спать хотелось неимоверно, учитывая то, что после операции полагалось как минимум час быть в реанимации, решил еще подремать. Но, видимо, действие наркоза заканчивалось, и минут через 10-15 я понял, что надо просыпаться. Хотя было мягко, тепло и уютно. Пошевелившись, я понял, что на мне всё еще приклеены кое-какие датчики, а на пальце прищепка, напоминающая по ощущениям пульсоксиметр, ну и через какое-то время манжета так же дала о себе знать, зажав в очередной раз руку. Через какое-то время привезли моего соседа по палате, причем он был уже в сознании, но далеко не в трезвом разуме. Учитывая его горячие армянские корни и национальную разговорчивость в обычном состоянии, тут на отходняке от наркоза «Остапа понесло». Это был просто неиссякаемый поток мыслей и воспоминаний. Поинтересовался у сотрудницы, часто ли у них бывают такие ток-шоу? Оказалось, что такое явление не редкость, и выход из наркоза все переносят по-разному, бываю даже буйные, которых приходится фиксировать. Еще где-то минут через двадцать меня решили вернуть в палату. Процесс транспортировки аналогичен перевозке в операционную на той же каталке. Она, кстати, достаточно узкая, чтобы была возможность въехать в лифт и осталось хоть немного места, чтобы вошли еще двое медработников, которые её буксируют.
В палате перебрался на уже свою широкую койку. Также должен заметить, что никакого чувства тошноты я не испытывал. Поэтому, когда принесли ужин, с большим удовольствием его поглотил, потому как не ел со вчерашнего вечера. И что было правильным решением, так это заявить на ужин кефир. Он очень помог от того сушняка, который появляется в горле, а в реанимации пить не дают. Зашел Дмитрий Александрович, рассказал, что всё прошло успешно, поинтересовался самочувствием и дал наставления и рекомендации на ближайшую неделю. Привезли соседа уже во вменяемом, но в не менее разговорчивом состоянии. Он тоже был доволен решением своей проблемы.
Еще немного повалявшись и привыкнув к новым ощущениям, встал и немного прошелся. В целом, уже сразу стало понятно, что передвижения дискомфорта не вызывают. Еще какое-то время проведя в беседах с соседом и убедившись, что твердо стою на ногах, я решил выдвигаться домой, чем немного расстроил соседа, который не горел желанием оставаться в одиночестве. Оделся, спустился вниз, вызвал такси и поехал домой.
А дальше начинается период, описанный в эпиграфе. Надо двигаться, надо гулять, надо обрабатывать внешние раны и свечами залечивать внутренние. Сидеть действительно можно практически сразу, но процесс посадки на поверхность первое время я осуществлял с осторожностью и старался подолгу не засиживаться. А вот с вертикальным и горизонтальным положением тела сразу никаких проблем не было. Буквально на следующий же день я вернулся на ВДНХ, чтобы завершить некоторые формальные дела. Походы в туалет хоть и немного пугали (как бы там ничего не разошлось раньше времени), но ничего особенно страшного в них не было. Через неделю после приёма и осмотра динамики я уже закрыл больничный и вышел на работу. Естественно, с «освобождением от физкультуры», то есть тяжёлое пока не поднимать и соблюдать диету. Послеоперационный период достаточно прост, только одни свечи и мази сменяются другими по мере заживления. На полную реабилитацию уходит 2 месяца, но уже по прошествии 1,5 месяцев я полностью по ощущениям вернулся к прежней жизни. Не совсем к прежней, теперь из неё вычеркнут такой раздражающий фактор под названием геморрой. И очень надеюсь, что больше с ним я сталкиваться не буду. А всем, кто еще сомневается, я даю рекомендацию еще одной цитатой из не раз упомянутого фильма: «Резать к чертовой матери!».